«Никогда еще принц, — уверяет Вольтер, — не имел подобных учителей». Одним из них был сам король: «Мемуары» Людовика XIV, краткое изложение его политического мировоззрения были записаны для того, чтобы дать Монсеньору определенное образование и нужную ориентацию. Другой учитель Монсеньора — епископ Кондомский, Бенинь Боссюэ, который запишет свой урок наставника в «Речах о всемирной истории» (1681) и в «Политике, написанной на основе слов, взятых из Священного Писания» (1709); он стал теоретиком абсолютной монархии, чтобы показать своему ученику величие наследования.
Обучение великого наследника
Людовик XIV, которым руководил очень ловкий придворный, первый маршал де Вильруа, назначил воспитателем своего сына важного вельможу при дворе, герцога (бывшего маркиза) де Монтозье, бывшего протестанта, оставшегося верным гугенотской суровости: считают, что Монтозье послужил Мольеру прообразом Альцеста. Римские добродетели Монтозье признаны, всем хорошо известна его искренность, и в религиозном отношении он испытанный человек. Король любит его честные свободные высказывания. Когда однажды в 1676 году монарх заявил: «Мы, думаю, не сможем помочь Филипсбургу, но ведь я не перестану без этого быть королем Франции», Монтозье тотчас же ответил: «Конечно, Сир, вы будете, безусловно, королем Франции, даже если бы у вас отобрали Мец, Туль и Верден, и Франш-Конте, и многие другие провинции, без которых прекрасно обходились ваши предшественники»{96}. Он очень серьезно относится к своей роли воспитателя Монсеньора. Будучи ответственным за формирование его характера и его начального военного обучения, Монтозье считает необходимым контролировать сменяющихся наставников наследника и направлять его образование. Он пишет «Христианские и политические размышления о поведении принца», заказывает Жеро де Кордемуа «Историю Франции со времен галлов», аббату Флешье — «Историю Феодосия Великого», а Пьеру-Даниэлю Гюэ поручает подготовить знаменитое издание античных авторов, — выбросив наиболее неприличные описания, — ad usum Delphini (для использования наследником).
Президент де Периньи, чтец Его Величества, воспитатель Монсеньора с 1668 по 1670 год, составил, согласовал с Монтозье план обучения, которому Боссюэ следует с 1670 по 1679 год, комментируя отдельные эпизоды истории. Периньи хотел воспитать наследника добропорядочным дворянином и сформировать его как государственного деятеля. Как принцу, ему надо было познакомиться с юриспруденцией, старинной и современной, с положениями государственного права, с каноническими правилами, с наукой общения с людьми, с законами политики и управления. Как дворянину высшей пробы, Монсеньору необходимо было хорошо знать Священное Писание и катехизис, латынь, познакомиться с некоторыми основами греческого языка, выучить итальянский и испанский языки. К этому багажу должны добавляться древняя и современная история (с генеалогическими картами, хронологией и географией), философия (логика, мораль, физика и метафизика), риторика (общие положения); наконец, в достаточном объеме математика, чтобы обучиться военному искусству, в том числе искусству оборонных сооружений{39}.
Считается необходимым дать наследнику, под предлогом простых и ясных знаний обо всем, громадные знания, достойные гигантов Рабле. Двор с почтением произносит каждое его детское слово, вокруг принца вращается плеяда великих людей: гуманист Пьер Дане, который для него составляет латинские словари, отец Делярю, член ордена иезуитов, адаптирующий для него Вергилия, аббат Гюэ, помощник Делярю, «ученый-универсал»{112}.