Феномен неверного выбора пары определяется не только особенностями "детской влюблённости". Такое может произойти в любое время, и в большей мере это опасно для брака повторного, когда нередко происходит молчаливое (а иногда и не такое уж молчаливое!) сравнение супруга с предыдущими партнёрами. Это явление также играет важную (и подчас трагическую) роль в случае, когда родительские/детские чувства вступают в конфликт с сексуальными отношениями. Чтобы это понять, вспомним ещё раз, что значат для ребёнка родительские/детские чувства. Они воспитывают у ребёнка уверенность втрёх истинах:
1) у него есть свои, родные родители;
2) он принадлежит к определённому виду;
3) он должен искать себе сексуального партнёра именно среди представителей этого вида.
Первые два пункта вполне очевидны, проблемы могут возникнуть с интерпретацией третьего. Если ранние отношения с родителем противоположного пола были достаточно крепкими, некоторые из его/её личных качеств также могут отложиться в подсознании ребёнка и повлиять на его последующий выбор сексуального партнёра. Вместо того, чтобы жить с уверенностью, что "он должен искать себе сексуального партнёра среди представителей этого вида", он интерпретирует эту истину как "я должен искать сексуального партнёра среди представителей такого типа людей". Подобное влияние может создать серьёзные проблемы. Стремление к формированию моногамной пары, основанное на устоявшемся образе отца или матери, определяет особый способ выбора партнёра, который в любом случае является неверным. С другой стороны, если человек найдёт партнёра, руководствуясь полностью противоположными суждениями, такие отношения не смогут стать полноценными, поскольку его избранник/избранница не будет обладать теми тривиальными, но ключевыми чертами характера, которыми обладает его родитель, являющийся прообразом ("Мой отец никогда бы так не поступил!" — "Но я ведь не твой отец!").
Причина этого феномена неверного выбора пары, приносящего немало неприятностей, скорее всего, кроется в неестественно изолированных условиях жизни семейной ячейки, которые так часто встречаются в переполненном "людском зверинце". Явление "чужой среди своих" отравляет атмосферу братства и социального равенства, присущую маленьким сообществам. Стремясь защитить себя, семьи стараются оградиться друг от друга, запершись каждая в своей клетке среди ровных рядов кирпичных или блочных вольеров. К несчастью, признаков изменения ситуации ненаблюдается.
Закончив с вопросом о неверном выборе пары, мы перейдём сейчас к рассмотрению другого, не менее странного отклонения в инстинктах людей — человеческого лжеимпринтинга. Здесь мы попадаем в необычный мир того, что получило название "сексуальный фетишизм". Есть небольшая по численности категория людей, для которых первый сексуальный опыт может обернуться психической травмой. Вместо того, чтобы отложить в памяти определённый образ партнёра, такие индивиды могут начать отождествлять сексуальные отношения с каким-нибудь неодушевлённым предметом, увиденным в тот момент. До сих пор неизвестно, каким образом многим из нас удаётся забыть подобные навязчивые образы, с точки зрения репродуктивной функции совершенно ненормальные. Возможно, это зависит от глубины впечатлений, полученных при первом сексуальном опыте. Как бы то ни было, это явление порождает довольнопротиворечивые суждения.
Судя по доступным историям болезни, привязанность к сексуальному фетишу чаще всего развивается тогда, когда первый сексуальный опыт имел спонтанный характер или же когда индивид не имел партнёра. Во многих случаях она может зародиться после первой эякуляции юноши, что часто случается без участия девушки и без предварительных сексуальных ласк. Некий типичный объект, который может находиться поблизости в этот момент, мгновенно приобретает огромную сексуальную значимость, не ослабевающую долгие годы. Получается, что вся сила инстинкта спаривания вдруг оказывается направленной на неодушевлённый предмет, который в мгновение ока начинает играть в сексуальных отношениях индивидаосновную роль.