Куда же еще ниже?! Куда еще опустится?! Я вас, спрашиваю! Ниже, уже конец шкалы термометра. Некуда дальше опускаться, некуда! Я точно говорю, сам проверял! За -30 градусов, нету больше на шкале ничего…нету, и дорисовать уже не успеем. Товарищи метеорологи, Вы что там, совсем йопнулись умишком с вашими прогнозами?! Поимейте совесть! Нам еще жить хочется! И что характерно — жить долго и счастливо, но не внутри холодильника с гигантской морозильной камерой! Сделайте одолжение, посмотрите еще разок повнимательней на градусник, а?! Снимки из космоса проананизируйте…., тьфу, то есть проанализируйте получше, ну нельзя же так! Может, где потепление, какое-никакое проглядывается?! Ну, пожалуйста…
Откровенно говоря, очень похоже, что наш градусник за окном казармы уже совсем и окончательно замерз. Реально и конкретно превратился в ледышку с жалкой красной каплей спиртосодержащей жидкости на самом дне стеклянной колбочки. Кстати, сама капля давно уже была не красная, а какая-то бледно розовая! Тоже наверно остыла и безнадежно замерзла родимая?! Скоро посинеет, не иначе. Да и честно говоря, не видно что-то этого градусника за приличным куском намерзшего льда вперемешку с инеем. Даже можно и не стараться на оконное стекло дышать, все равно не отогреешь. Только с последним теплом своего организма бездарно расстанешься.
В помещении казармы и так уже всего +4 градуса жары осталось, все окна изнутри, покрылись толстенным слоем льда. Причем толщиной в палец, не меньше. И это несмотря, что перед входной дверью в роту повесили одеяло, на манер «тепловой завесы». Все щели в окнах были повторно и тщательно проконопачены и загерметизированы. Курсанты провели данную процедуру, с хаотичной поспешностью каким-то остервенелым отчаянием. Но, все тщетно. Товарищ «Мороз» уже прописался внутри казармы на постоянной основе, хрен выгонишь.
Батареи в помещении роты были еле-еле теплые, можно было и не пытаться их щупать, из-за 100 % риска примерзнуть или обморозиться. Складывалось такое впечатление, что горячая вода из училищной котельной не успевала добежать до ближайшего здания, как уже остывала в трубах, возлежащих в промерзшей насквозь земле. В наши замерзшие головы лезли дурные мысли, что остыла вся планета Земля! Целиком! Повсеместно! Вот ужас то, а?!
Почистить зубы или банально умыться — считалось подвигом. Повторить судьбу генерала Карбышева никому не хотелось, ибо вода из крана текла не просто холодная, а супермегагипер ледяная. Она походила на некую густую субстанцию с пограничными физическими свойствами. От любого контакта с такой водой, кожу рук и лица мгновенно обжигало нестерпимым холодом. А при малейшей попытке прополоскать рот, чтобы почистить зубы, их — в смысле, зубы начинало ломить вплоть до корней. Мде…
Тут уже не до личной гигиены и санитарии, из двух зол надо выбирать меньшее. Будем надеяться, что всякая хренотень, типа вшей, чесотки, бактерий, микробов и прочей мерзости — достаточно теплолюбивая дрянь, и поэтому уже давно и благополучно вымерла от таких скотских условий.
Нет, ну что за «блядство»?! Что за климат, я вас спрашиваю?! Как в таких условиях можно жить или просто и тупо, банально выживать?! Ась?! От проклятого и всепроникающего холода ведь никуда не спрячешься. Он везде и повсюду! Холод был не только внутри помещений, но фактически и внутри каждого из нас. Мы планомерно остывали, кровь уже практически не согревала наши безнадежно закоченевшие тушки.
А, укутанный в кучу шарфов и свитеров, диктор по телеку, знай себе, вещает про морозную погоду с радостной ухмылкой клинического олигофрена. Причем, уже почти без перерыва вещает. Итак!
Детям в школу однозначно не ходить, взрослым дядям и тетям — на работу, в принципе, как бы и надо …, но если не очень далеко… — по самочувствию, так сказать, не в ущерб персональному здоровью. Короче, по личному усмотрению, дорогие товарищи, как вам подскажет ваша социалистическая совесть… (мне бы точно подсказала — оденься потеплее и сиди дома безвылазно до самой весны, периодически посасывая водку с медом)
А нам — курсантам 45-го классного отделения, завтра во внутренний караул заступать, причем, без вариантов. Внутреннюю службу никто не отменял, поэтому никакие отговорки не принимаются и не рассматриваются.
Аномальная погода и трахнувшийся умом мороз-извращенец, потерявший последние остатки совести, побоку, причем абсолютно. Боеготовность — это, понимаешь, боеготовность! Независимо от температуры забортного воздуха. Куда деваться?! Пиндец, приехали мальчики, перемерзнем же все поголовно, к бабке не ходи.
Капитан Нахрен экстренно построил нашу 4-ю роту на «взлетке» в центральном коридоре казармы. Курсанты встали в строй в шинелях, пока еще без шапок на голове, но уже засунув руки в карманы. Володя Нахрен тоже был в шинелке, причем основательно застегнутой на все пуговицы и с поднятым воротником. Когда он заговорил, от его губ отделилось облачко теплого воздуха — почти пар.
— Товарищи курсанты, командование училища проявляя постоянную и своевременную отеческую заботу о личном составе, то есть о вас, господа юнкера-кадеты, приняло решение, разрешить вам поддевать под военную форму одежды все «вшивники» и прочую хрень из «гражданки», что у вас запрятана для самовольных отлучек. («вшивник» — предмет гражданской одежды, типа майка, шерстяной свитерок, футболка, вязаные носки, спортивный костюм… короче, любая неуставная форма одежды) А также, в дополнение к спальным принадлежностям, всем курсантам надлежит срочно получить второй матрас и использовать его вместо одеяла, а то окочуритесь на хрен, не дай бог. Все учебные занятия, кроме строевой и физ. подготовки будут проводиться строго по плану и в соответствии с утвержденным расписанием, но в учебных аудиториях можно сидеть в шинелях. Как только потеплеет хотя бы до — 30, все послабления автоматически отменяются. Понятно?! До всех дошло?! А то будете потом блеять, что не слышали, не поняли, не вьехали…
— Ага, понятно! Только сейчас по радио и по «телепиздеру» передали, что завтра мороз, вообще, окончательно офигеет и типа, берет на себя «повышенные социалистические обязательства» разменять минус полста градусов. Причем легко и со свистом! А нам — 45-му классному отделению, как бы это… в караул заступать…надо…?! Это ничего?!
— Да знаю я, слышал этот ублюдочный прогноз. Совсем «метео» охренело, дибилоиды мудоковатые, не могут что-нибудь потеплее намастрячить и спрогнозировать. Сплошные коновалы в гидрометеоцентре работают, совсем распоясались. Некому в бубен постучать, что ли?! Поворожить над картой, в жертву чего-нибудь или кого-нибудь принести, небеса задобрить?! За что только деньги получают?! Непонятно! Так! Слушай сюда, я все продумал и о вас позаботился. Цените, господа мундеркинды, своего отца-командира! Только не все сразу и давайте без слюнявых поцелуев. Итак, всем заступающим в караул, надлежит немедленно получить в каптерке роты вторые портянки и валенки. Старшина! У тебя где-то завалялось несколько шинелей 56-го размера?! Выдай их личному составу караулу, пусть по две шинели на себя натянут, кому налезет естественно, а сверху еще постовой тулуп, может, поможет ближайшие сутки пережить. Также, обязательно, в караул взять лицевые полотенца. Всем! Будете их вокруг «морды лица» наматывать, чтобы щеки и нос не поморозить. Далее, морозонеустойчивых нац. кадров по возможности расписать на посты внутри помещений — Первый пост (знамя в штабе), 4-й пост — училищная гауптвахта. У тех Золушек, у кого размер ноги немыслимо огромный и валенок на его грациозную и соблазнительную во всех отношениях ножку банально не налезет, приказываю назначить разводящими, пусть бегают каждый час — посты меняют, все замерзнуть не успеют. (по Уставу гарнизонной и караульной службы, при понижении температуры ниже -30, посты меняются каждый час, а не через два часа, как при нормальном режиме) Ну, а некоторым сержантам славянской наружности, придется заступить обычными часовыми, а куда деваться?! Нац. кадров надо беречь. Всё, все свободны! Вечерней поверки не будет! Надеюсь в такую погоду ни один сексуальноозабоченный «Казанова» в самоволку не побежит?! Себе дороже! Рота, отбой!