— А в море, на кораблях, чтобы в тумане не заблудиться используют другое устройство. Его называют «ревун». Хороший ревун в тумане слышно до 40-ка морских миль. Если такой ревун выдать на каждую роту, то проблем на зарядке с потерей личного состава будет значительно меньше. Их, практически вообще не будет. Как вы считаете, товарищ лейтенант?!
Зайчик как-то странно посмотрел на Витю, одной рукой нащупал висящие на груди наушники плейера и тяжело вздохнув, произнес.
— Туман. Очень густой туман.
Витя Копыто участливо склонился к лейтенанту.
— Товарищ командир, вы хорошо себя чувствуете? Может, доктора вызвать? Не надо?! Ну, как знаете. Вы, на счет плейера подумайте, я куплю.
Зайчик отмахнулся от Копыто, он мучительно переваривал полученную информацию. Реально, все события и факты, сопутствующие сегодняшней утренней зарядке в единую логическую цепочку никак не сходились. А здравомыслящего объяснения случившемуся событию, офицер придумать не мог. Копыто еще с плеером пристал, ведь не отвяжется.
Мозги лейтенанта были основательно запудрены и отчаянно скрипели. Потирая пальцами виски на своей голове, Зайчик скрылся в канцелярии. Он сел в кресло командира роты, обхватил голову руками, непрестанно бубня под нос.
— Туман, конечно же, туман. Иначе, вообще не может быть.
Воспитание Зайчика и лечение его от приступов «звездной болезни» успешно началось.
59. Вечерняя поверка
После досадной неудачи на утренней зарядке, вызванной густым туманом, неожиданно образовавшимся вопреки всем научнообоснованным прогнозам гидрометеоцентра, лейтенант Зайчик заперся в кабинете командира роты, собрался с мыслями и постарался успокоиться. Через некоторое время он перестал рыдать, биться головой о стол и, в отчаянии грызть ногти. Офицер собрал свою волю в кулак и решил действовать более продуманно, изощренно и решительно.
Окольными путями и очень осторожно лейтенант Зайчик выяснил, что его тщательно запланированное утреннее рандеву с полковником Серовым сорвалось исключительно по вине проклятого тумана. Удивительно, но Витя Копыто оказался прав. Пусть правота его была частичной и косвенной, но все же — туман! Да, да! Банальный туман! Все беды и неудачи Зайчика были исключительно от него — от тумана.
Оказывается, матерые самоходчики, тонко чувствуя любые изменения в погодных условиях и особо не доверяя сводкам гидрометеоцентра, которые радостно и авторитетно обещали безоблачное небо на текущие сутки и всю неделю, предчувствуя нулевую видимость, устроили ночью настоящее попрание всех устоев воинской дисциплины. Глубоко наплевав на установленный в пределах периметра нашего училища жесткий карантин, большая масса курсантов третьего курса, на основе предварительного сговора, совершила в полночь массовый и дерзкий побег из наряда по свинарнику. Оставив боевой пост на мирно спящих свинок, ребята предались неудержимым и страстным любовным утехам в ближайшем студенческом общежитии.
Сей факт вопиющего безобразия, был выявлен и немедленно пресечен бдительным командиром 1-го батальона который совершенно случайно, тоесть ненароком, прогуливался в половину четвертого ночи в районе училищного свинарника. «Привычка у него такая — в разгар ночи гулять возле свинарника, дышать свежим воздухом и вести здоровый образ жизни. Это называется красивым заграничным словом — моцион».
Итак, полковник Серов, самолично и собственноручно, переловил всех бесстыдных участников недавней любовной оргии, которые абсолютно беспечно — с радостными криками и задорным улюлюканьем возвращались в родное училище по незабвенной «дороге жизни». Жизнь для парней была хороша и прекрасна. Оно и понятно, их только что качественно и многократно полюбили, глубокая ночь, все в училище, включая огромное стадо ожиревших на курсантский объедках свиней, спали глубоким сном. Ничего не предвещало кровавой развязки.
Но, материализовавшаяся из непроглядного тумана, мрачная и зловещая, а так же до боли знакомая фигура оказалась легендарным безжалостным Пиночетом. Комбат из-за плохой видимости не рискнул лазать по кустам, а решил вспомнить молодость и, не мудрствуя лукаво, тупо прочесал «дорогу жизни». Тем более что в ночной тишине призывно раздавались провоцирующие разудалые крики и неприличные песни похотливого содержания.
Охота удалась на славу. В его руки попали шесть утомленных любовью, но искренне счастливых ловеласа — наряд по свинарнику в полном составе, во главе с сержантом. Бегать от Пиночета было бесперспективно, ибо он обладал феноменальной фотографической памятью и безошибочно назвал всех и каждого из шести наследников Казановы по фамилии, имени, отчеству.
Отпираться никто не стал, ребята самостоятельно приняли вид строя и четко в ногу, ведомые комбатом, отправились прямиком на губу. Где их ожидал заслуженный отдых в течение 7-ми, а то и 10-ти суток, в зависимости от настроения и щедрости Пиночета.
Рано утром, оформляя арест на гауптвахте, полковник долго компостировал мозги группе безответственных курсантов легкомысленно променявших суточную и благородную заботу о здоровье и своевременном питании военных свинок на скоротечные и сомнительные по качеству любовные ласки студенток педагогического института. Комбат взывал к совести ребят, к их воинскому долгу, делая упор на том, что поддержание стерильной чистоты в училищном свинарнике гораздо более полезное и важное занятие для военнослужащего Советской армии, чем ночные несанкционированные марш-броски в поисках тесного общения с любвеобильными особями женского пола. Причем, его слова звучали настолько искренне, что создавалось впечатление, будто бы Пиночет сам верит в то, что сейчас говорит. По его словам, женщина — это мерзкое порождение ада! А все, что связано с любовью и нежностью — есть грязное похотливое грехопадение, чуждое моральному облику будущих красных офицеров и строителей светлого коммунистического будущего.
Провинившиеся курсанты смотрели на полковника с нескрываемым состраданием, как на умалишенного и дружно кивали головами в знак понимания и согласия с тем бредом, что убежденно и красноречиво излагал убеленный сединами офицер, обильно брызгая слюной в своем справедливом гневе.
Напрашивался законный вопрос: «Как вообще умудрилось жениться это чудо природы? И принимал ли какое-либо посильное участие, господин Серов в рождении своих двоих детей? Возможно, он просто отдал приказ своей жене родить парочку наследников мужского пола, а та проявила грамотную инициативу для своевременного его выполнения. Кто знает?!». Но, как известно скромность, человеколюбие и сострадание — это три самых распространенных положительных качества курсанта, поэтому свои комментарии и догадки по вышеуказанным вопросам никто вслух не озвучил. Грешно смеяться над больными людьми. А как все помнят, у полковника Серова была справка от Военно-медицинской комиссии. Контуженный! Уж очень крепкий пень попался на траектории падения его военной головы! Не иначе дубовый.
В результате этого происшествия, Пиночет нечаянно пропустил, гениально запланированную встречу с нашей ротой, которая одиноко слонялась в мерзком и влажном тумане, словно неприкаянный белеющий парус из незабвенного стихотворения Ю.Лермонтова. Встречу, которую так скрупулезно готовил наш великий казарменный тактик и стратег — лейтенант Зайчик.
На утреннем построении батальона Пиночет, находившийся в приподнятом настроении по случаю успешно проведенной ночной вылазки, рассеянно выслушал доклады командиров рот об отмене утренней зарядки в виду хронической усталости у личного состава. Комбат легко согласился с этим своевольным решением и, даже похвалил офицеров за проявление разумной инициативы. Личный состав иногда все же следует беречь.
Лейтенант Зайчик прикусил губу. Явно он дал маховецкого и не уловил общей тенденции. Ну, что же, еще будет шанс проявить себя. Несомненно. Обязательно будет. И он — Зайчик, этого шанса ни за что не упустит.
На последующем совещании командиров рот, Пиночет акцентировал внимание на назревшей необходимости в радикальном и качественном улучшении учета наличия личного состава. И как следствие этого, обязательному пресечению на корню фактов и даже любых слабых попыток самовольных отлучек курсантов из училища.