Они почти заехали в старый, уже давно не используемый туннель, как еще одна машина остановилась, казалось, грузовик остановился намеренно, – Майкл понял, что ВИ начали обстрел машин транквилизирующими дротиками, призванными «вырубить» человека – водитель просто уснул. Так или иначе, но один грузовик смог въехать в туннель – ограничение высоты полета пришлось как нельзя кстати: никто из ВИ не последовал за машиной.
– Куда мы едем? – спросил Нейтан, когда всё утихло.
– За Стену.
– Куда? Ты нашел способ пробраться?
– Можно и так сказать. В худшем случае мы едем в ловушку, а в лучшем ‒ туда, где нас не додумаются искать. Я сделал нам доступ.
– Думаешь, за нами не будет погони, как только мы выедем из туннеля? – уточнил Нейтан с ноткой неуверенности в голосе.
– Нет. Я изменил регистрационные номера, местоположение грузовика и еще несколько параметров. Как только закончится туннель, мы уже будем обычным грузовиком, управляемым ВИ. Я установил на него специальную программу: по документам мы должны привести новую разработку…
– У проверяющих есть документация, на соответствие которой…
– Я ее подделал.
– А что за новая разработка?
– Генератор поля для защиты от радиации.
– Что с устройством Трэвиса?
– К сожалению, оно осталось в последнем грузовике, – ответил Майкл, – План такой: мы проникаем на Базу за Стеной, эвакуируем персонал, перепрограммируем ВИ, собираем устройство. Свяжемся с Марией: возможно, она согласится помочь нам.
Нейтан положил руку на плечо сына:
– Не уверен, что получится, но ты молодец.
– Дело давно пахло жаренным, – усмехнулся Майкл. – Дай‑ка сигаретку.
Нейтан вытянул из пачки одну, подал сыну, зажег. Он был счастлив, осознавая факт, что сын, в отличие от него самого, был смелым и уверенным в себе, даже безрассудным. Он же мог лишь говорить громкие слова, призывать людей задавать вопросы, сомневаться, размышлять, короче говоря, наводить шумиху. Когда же доходило до дела, то ему приходилось просить помощи у других. Сначала Сара, потом Майкл, Сава, Мария…
«Надеюсь, что со стариком всё в порядке», – подумал Нейтан: Сава ехал во втором грузовике.
– Не грусти, – весело произнес Майкл. – Смотри на меня: я рискую своей карьерой, делом всей жизни. Ну и ладно. Кстати, мы давно уже не катались вместе по городу.
Ведущий: Добрый вечер, дорогие зрители! Наш специальный корреспондент Владимир сейчас находится в Главном здании на очередном заседании Научного сообщества и… похоже тут что‑то происходит. Владимир?
Владимир: Да, заседание вот‑вот начнется, по коридору идет Председатель. Напомню, один из работников Корпорации нарушил условия контракта, что может существенно повлиять на планы по отправке людей на Луну.
(Двери зала открываются: входят члены Научного сообщества, занимают свои места за столом на небольшом возвышении. Через минуту в сопровождении человекообразных ВИ в зал входит мужчина в лабораторном халате и занимает место за кафедрой.)
Из сервиса «24/7»
Председатель (поднявшись): Добрый день, коллеги. Сегодня у нас необычное заседание, которое фактически является разбирательством с целью установления причин нарушения контракта работником Корпорации. Представьтесь, пожалуйста.
Трэвис: Трэвис Райт – сотрудник научно‑исследовательской лаборатории проектирования космических ракет, биолог, инженер.
Председатель: Нам было сообщено о том, что вы скрыли от Корпорации устройство для ускорения роста растений. Совершили ли вы это действие?
Трэвис: Да, совершил.
Председатель (присаживаясь): Прошу вас, объяснитесь.
Трэвис: Я решил, что устройство сейчас нужнее людям, которые голодают.
Председатель: О каких людях идет речь? Те, что не работают в Корпорации?
Трэвис: Некоторые из них работают, как сборщики, уборщики и другой обслуживающий персонал.
Председатель: Вы имеете в виду не ученых, правильно? Тех, которых обеспечивает Научное сообщество.
Трэвис: Правильно.
Председатель: Почему Вы решили, что этим людям необходимо ваше устройство?
Трэвис: Потому что вашей помощи недостаточно. Людям не хватает еды.
Председатель: Они умирают от голода?
Трэвис: Нет, я не знаю ни одного случая.
Председатель: Тогда непонятно, чем обусловлена необходимость нарушения условий контракта.
Трэвис (вздыхая): Я считаю себя вправе распоряжаться результатом своего интеллектуального труда.