– Ты как, красотка? – спросил Оби, погладив Марию по голове.
Она ударила его по руке, вскочила.
– Он убил Дева!
– Возможно, – произнес Оби.
– И всё из‑за того, что он видел.
– Что он видел? Что‑то там на Базе?
– Прости, Оби, я не могу тебе сказать. Я не могу говорить такое, не посоветовавшись с Майклом.
Оби засмеялся:
– Ты сама‑то в это веришь? Мог Дев ввести вас в заблуждение?
– Нет.
– Но… что‑то там этакое такое… ты сама не видела?
– Нет.
Она ответила резко, будто отмахнувшись от надоедливой мухи, и подбежала к Майклу.
– Центральный процессор, центральный процессор… – бубнил он.
«Всё одно и то же, как надоело!»
Она замахнулась и со всей силы ударила Майкла по щеке – он замолчал, уставился на нее, заморгал, посмотрел на свои руки, ноги, пытаясь понять, что произошло. Через несколько секунд взгляд вновь остановился на Марии.
– Дев мертв, – четко произнесла она, стиснув зубы. – Я советую тебе собраться с мыслями. Нам надо вытащить остальных.
– Короче, ребята, я всё, конечно, понимаю, – процедил сквозь зубы Оби, глядя на план психиатрической клиники, в которой находились Айнур, Сава и Пьер, – но вы туда просто не пройдете.
– Ты же Скульптор, – скрестив руки на груди, сказал Майкл, – так и сделай же что‑нибудь.
Оби довольно потер руки.
– То есть вы разрешите мне поработать с вашими лицами? Очень хорошо, очень хорошо…
– Оби, прошу тебя, только не уродуй нас, – попросила Мария.
– Тебе это не надо, – сказал Майкл, – ты не объявлена в розыск.
– Пока нет, – вздохнула Мария. – Мы не можем рисковать.
– Уверена? Это навсегда, – уточнил он.
Мария недовольно поджала губы:
– Уверена.
– В чем проблема? Я дам вам ката́лог18, выберите себе лица, какие хотите, я всё сделаю! – воскликнул Оби.
– До сих пор не верится, что ты помогаешь нам вот так… – покачал головой Майкл.
– Скажите спасибо Девять. Я должен ему. И очень много…
ИИ никак не отреагировал на реплику. Впрочем, как и всегда. Порой, когда Мария смотрела на него, ее интересовало, насколько Таня «разрослась» внутри. А может быть, она прекратила создавать коды…
Впрочем, она отвлеклась.
– Так… где там твои катА́логи? – спросила Мария, передразнивая Скульптора.
Оби выдал им прозрачные тонкие планшеты. Мария села на диван и принялась листать каталог. Майкл на удивление быстро выбрал себе лицо: светлые волосы, зеленые глаза, модная бородка, немного морщин вокруг глаз. Мария сомневалась ‒ ей нравилась ее внешность: длинные русые волосы (которые еще и отрасли за время изоляции), карие, унаследованные от Сары, глаза, пухлые губы, веснушки – красивая молодая девушка.
Хотя столько всего произошло, что она больше не чувствовала себя молодой.
Она остановила свой выбор на черных, как смоль, волосах, короткой стрижке, голубых глазах, длинных изогнутых бровях. Губы она решила оставить как есть, чтобы хотя бы что‑то напоминало ей о том, какой она была.
Оби всё записал и сообщил:
– Ну, извините, сегодня я делать уже ничего не буду. Я устал капец как вообще. Завтра утром.
– Почему не сегодня? – возмутилась Мария. – Время идет! Оби, пожалуйста.
Он раздраженно схватил скальпель и помахал им перед лицом Марии.
– Да я хоть сейчас вырежу тебе твои красивые глазки, только оно тебе надо?
– Завтра, Оби. Точно завтра, – недовольно произнес Майкл, снова скрестив руки перед собой.
Он теперь частенько так делал.
Майкл спал на диване, но, услышав легкий стук, резко вскочил, готовясь наброситься на любого, кто к нему подойдет.
– Ты не спишь? – спросила Мария.
Она стояла в темноте. Ее лицо едва освещалось неоновым светом с улицы.
– Нет. Что‑то случилось? – протер глаза Майкл.
– Просто так…
Мария села рядом с ним, завороженно глядя на улицу, а затем неожиданно засмеялась.
– Что такое?
– Еще совсем недавно я лежала в своей кровати, смотря вот так ночью на огни улиц, Таня контролировала «Умный дом», а я думала только о том, как раньше выглядело небо, слушала пение несуществующих птиц или работала над микросхемами. У меня была нормальная жизнь, а потом пришел ты.
– Рано или поздно Президент сообщил бы тебе о том, что хочет забрать твой ИИ.
Марии стало стыдно за попытку обвинить во всем Майкла – она отвернулась.
– Я всё еще не могу поверить в то, что Дев покончил с собой, – задумчиво произнес он.
– Мне кажется, что его убили, – предположила Мария.
– За то, что он видел на поверхности?