Майкл был уверен, что его отец находится здесь. И действительно, спустя мгновение прятавшуюся в темном углу дверь в комнату вошел Нейтан.
– Майкл! – воскликнул он.
– Отец! – Майкл прильнул к стеклу, порываясь пройти сквозь него. – Как освободить тебя?
– Что?
Нейтан засмеялся. Он отошел от стекла, вновь ушел в глубь комнаты, открыл дверь, а через несколько мгновений появился в коридоре. Хотя Майкл и не до конца понимал, что происходит, но бросился обнимать отца. Мария радостно стояла в стороне, еле сдерживая слезы. Нейтан выглядел хорошо, пожалуй, даже лучше, чем до их задержания: он поправился, волосы отрасли, некогда бледное лицо выглядело теперь здоровым и свежим.
– Нам пора. Пошли!
Майкл взял отца за руку и потянул за собой.
– Куда? – воспротивился он.
Мария обернулась и внимательно посмотрела на Нейтана, она не предполагала такого развития событий – его поведение было, мягко говоря, странным. Не менее странно поступил и Президент, создав Нейтану условия изоляции куда лучше, чем были у нее или Майкла. Но… зачем? Здесь что‑то было не так.
– Нам надо уходить отсюда, пока никого нет, – попытался вразумить отца Майкл.
– Я не хочу уходить, и более того, мне бы хотелось, чтобы ты тоже остался со мной. Здесь столько книг, столько знаний. Мне доступны все информационные архивы, все исследования, все ресурсы для проведения испытаний. Я уже близок к разгадке тайны нашего существования. Президент во всем мне помогает, а люди, за чьи свободы и права мы боролись, сейчас живут в добром здравии. Им все помогают, они не голодают, не нуждаются в теплом крове.
Айнур Айдын: Вы сказали, что никто не выходил на поверхность, но тогда как вы объясните, что прямо перед выходом из Базы на поверхность висит несколько подготовленных специально для людей, а не роботов костюмов? Один из них надевал Дев.
Президент: Это подстраховка. В случае если какие‑то из систем откажут и придется всё налаживать вручную. Но за время строительства ими так и не воспользовались.
Айнур Айдын: Дев Ананд воспользовался костюмом, вышел на поверхность, зафиксировал нормальный радиационный фон и защитное поле, за пределы которого он не смог пройти. Как прокомментируете?
Президент: Мистер Ананд, ныне покойный, сообщил, что видел стеклянное здание, а потом сразу же опроверг данную информацию, утверждая, что находился в тот момент в нестабильном психологическом состоянии.
Айнур Айдын: Разве по факту показаний покойного не стоило провести проверку?
Президент: Вот даже предположим, что Центральный процессор ошибается и на поверхности нормальный радиационный фон. Что тогда?
Айнур Айдын: Тогда все, кто захочет, имеют право выйти на поверхность.
Президент: Хорошо, предположим, что Научное сообщество, вопреки всем данным и несмотря на риск угрозы здоровью людей, разрешает им выйти на поверхность. Я имею в виду… что вы там будете делать? Подумайте хорошенько: там нет Сети, нет машин, облегчающих вам жизнь каждый день, нет «Умных домов», нет коммуникаций, нет еды. Как вы себе это представляете?
Айнур Айдын: То есть вы не отрицаете возможность наличия ошибки в работе Центрального процессора?
Президент: Я не говорил этого.
Из сервиса «24/7»
Часть 2. Глава 13.
– Я всегда хотел, чтобы мои люди были счастливы, – продолжал Нейтан. – К этому я стремился и, признаюсь, раньше думал, что мы сможем быть счастливы, только если найдем свой дом за пределами городов под землей. Сейчас, когда всё наладилось, я не думаю, что кто‑то захочет выйти на поверхность.
– Отец, прошу тебя, нам нужно уходить отсюда.
– Я никуда не пойду.
– Оглянись вокруг ‒ ты в клетке!
– Сынок, ты не думал, что мне нравится здесь находиться? Да и мистер Президент ко мне очень хорошо относится.
– Я уже это слышал, – раздраженно произнес Майкл.
– Ты думаешь, что я сошел с ума, но это не так. Я всегда хотел всё свое свободное время проводить, изучая физику, психологию, биологию и – вообще, все области наук. Ты думаешь, что я заперт тут, но так было раньше, срок моей изоляции подошел к концу сразу после того, как я призвал тебя сдаться. Теперь я свободно живу в этом доме, разъезжаю по лабораториям, изучаю, тестирую и узнаю каждый день много нового. Разве ты не этого хотел? Сидеть часами за квантовым компьютером, надеясь создать новый тип ИИ на основе квантовых вычислений?