Он бросил мяч еще два-три раза, не слишком сильно, чтобы он смог словить его под наблюдательным взглядом Сюзанны. Наконец, она заговорила.
- Привет, - сказала девушка, и для Тони это было его маленькой победой.
- Привет, - ответил он, продолжая подбрасывать и ловить мяч.
Сюзанна подошла поближе и подозрительно посмотрела на мальчика.
- Что ты делаешь?
- Тренирую руки, - объяснил Тони. - Для игрока очень важно иметь твердую руку.
- А зеркало для чего? - полюбопытствовала Сюзанна. Она посмотрела на свое отражение через плечо Тони и легонько взбила рукой волосы. Она носила волосы длиннее, чем девочки ее возраста, но сама прическа сделала ее намного старше.
- Чтобы поправлять себя, - сказал Тони. - Все звезды работают с зеркалом.
Сюзанна вздохнула, показывая что эта тема, как и все другие, при ближайшем рассмотрении оказалась такой же скучной. Несколько мгновений она неотрывно смотрела на Тони своим обычным взглядом дрессировщицы, будто размышляя, как ей справиться именно с этим экземпляром в данной ситуации. Потом она начала медленно слоняться по веранде, беря в руки книги, небрежно разглядываясь перед грамофоном и с явным неудовольствием прислушиваясь к музыке, доносившейся из динамика.
- Ты один? - спросила она.
- Да.
- Совершенно мертвое место, - сказала Сюзанна. - Правда?
Тони пожал плечами и отвернулся от зеркала, делая в перчатке вмятину кулаком другой руки.
- Не знаю, - пробормотал он. - Для девочек, может, и да.
- Где Джеф? - бесстрастно спросила Сюзанна.
- Поехал в Рутленд, - ответил мальчик. - У него болит зуб.
- Ага, - в голосе девушки послышались характерные жандармские нотки. - Значит, в Рутленд. - Она приглушила звук грамофона. - А где твоя мама? продолжала она тоном хозяйки, которой из вежливости приходится поддерживать разговор на тему, которая ее вовсе не интересует, но спасает гостя от неловкой ситуации.
- Она поехала в кино, - ответил Тони. - Через месяц я и сам смогу ездить в кино.
- Она поехала в кино, - повторила Сюзанна, придав высказыванию едва заметную вопросительную интонацию.
- Да.
- Что там идет?
- Не знаю, - признался Тони.
- Спроси ее, когда она вернется. - Сюзанна сделал грамофон еще тише.
- Зачем?
- Просто интересно, - сказала Сюзанна. - может я попрошу маму повести меня в кино сегодня вечером. Ты где взял этот грамофон?
- Это Джефа. Ему тетя подарила, когда он поступил в колледж. Она богатая и всегда дарит ему что-то. У него коллекция - восемьсот сорок пять пластинок. Он знаток свинга.
- Он о себе много воображает, - съязвила Сюзанна. - Правда?
- Он прав, - сказал Тони.
- Он разговаривает как будто ему лет пятьдесят, - по ее тону можно было понять, что для нее это было самым серьезным обвинением в адрес мужчины.
- Тебе вряд ли встретится кто-то умнее его, - Тони не настроен был сдаваться.
- Это ты так думаешь, - парировала Сюзанна.
Тони хотел сказать что-то сокрушительное и неоспоримое. Но ничего такого не приходило в голову.
- Ну да, - пробормотал он неубедительно, зная что именно так оно и звучит. - Именно так и думаю.
Сюзанна подошла к грамофону и выключила его. Музыка оборвалась жалобным неприятным скрипом.
- Зачем ты это сделала? - спросил Тони.
- Ненавижу джаз, - ответила она. - Я слушаю только классику. Я сама играю на трех музыкальных инструментах.
Тони подошел к грамофону и снова включил его со словами:
- А мне это нравится. И это мой дом.
- Это дом твоего отца, - поправила Сюзанна тоном законника. - Он платит за него.
- Если это дом моего отца, - возразил мальчик, - значит и мой тоже.
- Вовсе необязательно, - изрекла девушка. - Но если ты так считаешь6 что я ухожу.
- Давай уходи, - сказал Тони без всякой убежденности в голосе.
- Ладно, - Сюзанна будто покорилась. - Я пришла только потому, что здесь так скучно. - Она медленно начала спускаться со ступенек крыльца своей мелкой походкой, подскакивая на ходу как пляжный мячик. Тони мрачно со смутным чувством смотрел на нее. И вдруг резким движением он снял иглу с пластинки и выключил грамофон.
- Ааа, - объяснил он. - Мне эта пластинка все равно не очень нравится.
По лицу гостьи пробежала мимолетная легкая улыбка удовольствия, как у полицейского, добившегося признания.
- Так-то лучше, - одобрила она и вернулась на крыльцо.
- На каких трех инструментах ты играешь? - задал вопрос Тони.
- Пианино, тромбон и виолончель.
Испытав невольное восхищение ее талантами и стараясь этого не показать, Тони сделал ответный шаг, он поднял телескоп и жестом профессионала направил его на небо.
- Небо, - сказал он, - полно облаков типа циррус кумулюс. Высота где-то тысяча футов, видимость меньше мили.
- И кому нужна эта чушь?
- В Монт Вильсон, это в Калифорнии, есть телескоп, через который можно видеть звезды днем, такой он сильный. Спорим, ты об этом тоже ничего не знала.
- А кому все это нужно?
И тут спокойно с чувством торжества Тони захлопнул ловушку. - А кому нужно уметь играть на виолончели? - спросил он.
- Мне, - ответила Сюзанна. - Я подаю большие надежды.
- Это кто сказал? - скептически произнес Тони. Он обнаружил, что подобная смесь скепсиса и враждебности помогала ему преодолеть разницу пола и возраста между ним самим и девушкой, и хотя бы на минуту поставить его приблизительно в равное положение с ней.
- Мистер Бредли сказал, - похвастала Сюзанна. - Он мой учитель музыки. Он руководит оркестром и ансамблем. Я играю на тромбоне в ансамбле на футбольных матчах, потому что виолончель с собой не понесешь. Мистер Бредли говорит, что у меня отличные природные данные. Он даже попытался поцеловать меня в классе прошлой зимой. Он целует всех девочек. В прошлом году он целовался с тремя скрипачками.
- И зачем он хотел это сделать? - спросил Тони, стараясь не выдавать своей крайней заинтересованности в разговоре.
Сюзанна повела плечами:
- Ему нравится.
- А ты что сделала, когда он попытался поцеловать тебя?