Ещё один толчок в строну рассвета и время летит сквозь меня. Я вижу как лес редеет уступая место каменистому побережью, вижу как накатывает вода и то место где я нахожусь превращается в морской пляж. Постепенно, я начинаю замедлять ход времени. Люси подаёт мне знак и я наконец останавливаю бег времёни. Осмотревшись, я вижу людей вокруг себя. По их одежде и купальным принадлежностям, а так же одноместным водным велосипедам с длинными и узкими подводными крыльями спереди и сзади я заключаю что это моё самое ближайшее будущее. Я ещё могу различить в странный аппаратах колышущихся на волнах гидроциклы и водные велосипеды. С натяжкой я могу назвать купальниками те наклейки что носят на себе люди нашего с Люси будущего. Я перевожу взгляд на фантом девочки и щёлкаю пальцами левой руки.
Я вновь оказываюсь в пещере. В той самой пещере где покоится тело моей провожатой. Пещера наполовину отколота. Отвалилась одна из ледяных стен и теперь внутренности пещеры заливает яркий солнечный свет. В пещере помимо нас с Люси ещё несколько людей. Эти люди с фонарями на тонких оранжевых касках бережно поднимают замёрзшую девочку, откалывая её от ледяного пола. Люси лежит точно так же что и десятки тысячелетий назад, точно так как запомнилось мне. Для меня прошло всего несколько минут, для неё тысячелетия. Мёртвая девочка совершенно не изменилась, лишь немного выбелилась от холода, кажется, что она замёрзла лишь вчера. Я понимаю, что она ни разу не размораживалась, она ни разу за всё это время не была в плюсовой температуре и постоянно прибывала в глубоком минусе в чреве пещеры куда провалилась. Я вижу как её тело уносят, мой фантом с грустью провожает своё тело взглядом. Я берусь за нить времён и слегка раскручиваю время слегка толкая мирозданье. Я сопровождаю тело моего фантома серией быстрых щелчков пальцами, я мог бы этого и не делать, не щёлкать пальцами каждый раз когда мне надо куда либо переместиться, моему астральному телу это без надобности, да вот только моё мышление не астрально, оно нуждается в символе и для меня это символ – щелчок пальцами левой руки.
Я наблюдаю за телом девочки быстрыми похожими на серию фотографий отрывками. Словно в заголовках газет я вижу тело девочки, вижу как её перевозят, вижу толпу очкастых журналистов, вижу как люди в белых куртках о чём то жарко спорят над её трупом. Я решаю замедлить время верну ему нормальных ход об этом просит фантом девочки. Я вижу как Люси лежит на столе в медицинской лаборатории, её голое детское тело опутано датчиками и проводами, я вижу следы разрезов и свежие швы на её белой коже, я вижу вправленные кости и то как её тело выгибается от ударов электрических импульсов. Я вижу как десятки тонких механических щупалец словно в хороводе носятся над телом девочки вкалывая неизвестные мне препараты, укалывая какими то странными иглами и проводя по её телу постоянные небольшие электрические импульсы. Спустя несколько минут Люси оживает, я слышу отчётливый удар её остановившегося сердечка, я слышу первый вдох и вижу как девочка открывает глаза. Кажется в моём времени богатые люди перед смертью замораживали себя в надежде получить излечение в будущем. Так они пытались убежать от грозящей им участи, болезни, или просто они пытались купить себе надежду, лелея в себе мысль о возможном воскрешении. Я не в силах винить их за это и никого не могу упрекнуть за страх перед смертью.
Как правило, такая заморозка это дорогостоящее мероприятие, позволявшее одним получить надежду на гарантированную жизнь после смерти, а вторым получить деньги на исследование механизмов воскрешения. В любом слчае, я рад что их деньги не пропали даром.
Информация вливается в меня потоками, я вспоминаю те вещи, что случатся во времена когда мои внуки будут учить своих внуков словам и буквам. Единая материя мироздания проходя сквозь меня дарует свои знания того что уже случилось во время когда меня уже не будет. Насытившись порцией разъяснений от вечности я слегка ускоряю ход времени, пропуская испуганные глаза моей живой Люси. Я вижу страх и растерянность в её глазах и вижу то, как она обследует предметы вокруг себя не веря новому миру.
Я слегка добавляю скорости, подкручивая материю времени одновременно поглощая информацию новыми порциями. Сквозь моё сознание проходят слова, звуки и голоса. Я представляю их газетными полосами с фотографиями на слегка желтоватых страницах. Моему отсталому мозгу так проще принимать такую информацию, в виде написанной на неизвестном, но уже понятном мне языке. Форма информации не главное. Это как чувствовать тепло солнечного луча не видя самого света. Приходящая информация всегда соответствует своему времени, будь то наскальная живопись, Шумерская клинопись, современные языки или полуматиматический логистический диалект будущего, для моего астрального тела это лишь «тепло» и без разницы от чего этот «луч».