Сред сотен голосов, тысяч говорящих фотографий, среди не исчислимого количества газетных статей что читают сами себя я вычленяю нужное мне. Оказывается, что оживив эту девочку учёные случайно оживили и то что было в ней, то что дремало в ней десятки тысяч лет. Я вижу как внутри моей Люси находят бактерии и вирусы дремавшие десятки тысячелетий. Вижу как Люси живёт в своём гигантском вольере в котором учёные попытались воссоздать ареал её времени. В этом вольере она может охотиться на мелких животных, может собирать урожаи с деревьев и кустов срывая сочные ягоды и фрукты и так же постоянно находится под наблюдением сотен спрятанных камер. Её жизнь транслируют во всемирную сеть круглые сутки, ведь всем интересно чем сейчас занята первая девочка планеты земля. Под это вещание создают отдельный канал, который всего за два месяца бьёт рейтинги и становится самым смотримым в эфире.
Случайность крыс, которые отказывались умирать в лаборатории где обследовали Люси. Затем звери из её вольера и наконец те кто контактировал с ней. Вирус, что всё это время жили в теле моей Люси эволюционировали внутри неё, стремясь к жизни он обрел бессмертие. Вирус, что отринул от себя идею апоптоза, передал заражение своей идеей бессмертия клеткам первой девочки, и её клетки с благоговением приняли сей дар. За ними этот дар вместе с вирусом приняли животные что контактировали с Люси. Весь вольер выстроенный для девочки и учёные что с ней работали так же разделили с ней идеи этого вируса. Придя домой люди работавшие с моей Люси заразили своих близких, те разнесли новый вирус бессмертия по детским садам, школам, фирмам, заводам, магазинам, учреждениям и домам, так новый вирус бессмертия познавал мир.
Апоптоз – в переводе с греческого – листопад, это процесс умирания клетки. Самозапрогромированный в сущность жизнь он диктует мельчайшей структурной единицы самой жизни когда она должна окончить свой век.
Спустя два года все люди на земле оказались заражены. Они просто отказывались умирать естественным путём, только физическое уничтожение клеток их тел способствовало смерти. Я слегка уменьшил скорость времени и стал вновь пропускать нити информации сквозь своё сознание. Сотни гениальнейших творений и теорий породили великие умы оказавшись вдруг бессметными, новые технологии и новаторские идеи, гениальные изобретения и опережающие своё время механизмы и строения. Представьте если бы величайшие учёные в истории людей вдруг стали имунны к смерти. Эйнштейн, Архимед, Тесла, Попов, Пирогов, Фарадей, Менделеев, Кюри, Пастер и Ньютон, о сколько бы всего невероятного смогли бы породить эти умы проживи они лишние десять лет. Казалось, что сама материя информационного поля всех времён вдруг слилась с лучшими из людей. Но так же я чувствовал и слабую боль. Я назвал новое ощущение болью, я просто не могу по-другому охарактеризовать это. Она всё нарастала. Развивалась, словно приливными волнами где каждая следующая волна круче предыдущей. Это была негативная энергетика тех кто ни как не мог умереть, тех кто страдал от голода и перенаселения, от неизлечимых болезней, от боли и страха от всего того, от чего избавляет лишь смерть. Уже через сотню лет я увидел в какое проклятье превратился дар первой девочки. Мир перенаселил себя, он пылал от боли и голода. Тела, что стали бессметными, бессметно были терзаемы бессемтностью. На всём зелёном- голубом шарике не хватало места, еды и воды. Золотой век человека - Homo immortalis (Человек Бессмертный) в одночасье для меня превратился во тьму нового средневековья, где право жизни приобреталось а не даровалось. Я видел как семьи сжигали старейших из них дабы дать новую жизнь в бедных трущобах, я видел как старейшие уничтожали новую жизнь дабы продлить свой век золотых гобеленов. Не помогало нечего. Людей всё равно становилось всё больше и больше, и больше. Ни продовольственные нормы, ни нормативы на число особей в семье, ни погодовые нормативы не могли порядить население земли. Начались войны за хлеб и территории, это ещё сильнее расслоило людей на богатых и бедных. Словно в средневековье, бедняки волнами нападали на хрустальные замки богачей, а те уничтожали их невидимыми лучами сотнями и тысячами. Всё это время фантом стоял радом со мной и молчаливо, словно моля о чём-то смотрел на меня, я же с ужасом смотрел на ад вокруг меня.