-Ты нервничаешь, -с легким удивлением произнес юноша.
-Вам кажется, Ваше Высочество, -Люсиль смерила его своим холодным взглядом.
-Не кажется. У тебя лицо становится более острым и очень резким.
Девушка напряженно выдохнула.
-Все в порядке, правда. Я просто собираюсь с силами.
Юлиас присел перед ней прямо на холодный каменный пол, обхватив ноги руками и глядя с какой-то невыразимой тоской.
-Ты все время прикрываешься ложью.
-Как и все люди, Ваше Высочество.
-Для "всех" людей ложь - это средство достижения целей. Для тебя она - будто броня.
Люсиль ответила ему безразличным взглядом, не произнося больше ни слова.
По прошествии десяти минут, проведенных в абсолютном молчании, началось обращение Юлиаса. Девушка неторопливо поднялась, выпрямившись во весь рост и глубоко вдохнув. Скоро перед ней уже был паркал, хитро склонивший свою собачью морду чуть набок. Непроницаемо черные глаза тут же узнали знакомую фигурку в темной рубашке и полосатых штанах. Красный огонек в самом сердце тьмы заплясал озорно и яростно. Не медля, Люсиль начала чтение заклинания, громко и четко произнося каждое слово:
-Ua safide - anassi'e. Ua safide - rinori'e. Adenio fune, adenio...
Паркал злобно зарычал и бросился к ведьме, неистово молотя своим шипастым хвостом. Край внешнего круга быстро смазывался, но Люсиль сейчас не могла тратить силы на поддержание защиты. Заклинание довольно длинное, но трех кругов ей должно хватить. Не глядя на линии, она пристально смотрела в разъяренную морду зверя, маячившую прямо перед ней. Тело ее было расслаблено, и она спокойно проговаривала слово за словом.
С легким шипением линии внешнего круга растворились вместе с формулами. Начал таять второй, внутренний, круг. Паркал, ощущая воздействие столь ненавистной ему магии, громко шипел, будто раздраженный кот.
-...en a, vol inse'e, hanisse o fune...
Монстр странно дернулся и пронзительно взвизгнул. С укором взглянув на ведьму, он сделал вынужденное глотательное движение, после чего закашлялся - один в один пес, задавившийся костью. Он больше не нападал, а тело его начало уменьшаться в размерах. Началась обратная трансформация.
Паркал быстро принимал очертания Принца, продолжая хрипло кашлять и тихо поскуливать. Ему явно было больно. Люсиль выдохнула, завершая чтение заклинания.
-Ne eresti, en sadio, en lirke. Sa wit'he.
Юлиас повалился на спину, задыхаясь и корчась от боли. Люсиль бросилась к нему, покинув магический круг, и присела рядом. Крепко схватив его за плечи, она с силой притянула юношу к себе.
-Давайте, Ваше Высочество, Вы справитесь, -бормотала она, обнимая Принца левой рукой. Правую она протянула к его лицу, подставив ладонь.
Юлиас судорожно дернулся и закашлялся. С усилием он выплюнул скользкий белый камень, светившийся угрожающим красным цветом. Магия продолжала действовать.
Люсиль схватила камень, и руку тут же пронзила боль. Охнув, девушка согнулась, но не разжала пальцы. Если она это сделает, то Принц умрет. Она знала это наверняка.
Боль медленно ползла вверх по руке, приближаясь к плечу. Девушка видела, что рукав рубашки стал насквозь мокрым, а на пол текла кровь. Она сосредоточилась, напрягая все силы. Ее магия столкнулась с магией камня, вступая в бой.
Она справится. Она сильнее этого. Сильнее всех остальных.
Боль нанесла последний удар, с силой пронзив плечо и грудь. Камень треснул, сделавшись блеклым и безжизненным. Он распался на четыре части, напоминая изнутри вареное яйцо - бледно-желтая серединка и белая кайма вокруг.
Люсиль тяжело дышала, продолжая левой рукой поддерживать юношу. Окровавленный рукав задрался вверх - она видела, что по ее коже пролегают бугристые красные линии, будто кто-то прорезал сеть кровеносных сосудов снаружи.
Скверна.
-У тебя кровь... Что... случилось? -Юлиас ненадолго пришел в себя, чуть приоткрыв глаза.
Девушка судорожно выдохнула. Принц услышал явственный всхлип, но Люсиль крепко обняла его, прижимая к своей груди.
-Все хорошо, Ваше Высочество. Я сняла проклятие. Все хорошо...
* * *
Люсиль подождала ровно одну минуту, после чего осторожно опустила Юлиаса на пол. Сделав пару глубоких вдохов и выдохов, она со своим обычным выражением лица подошла к двери и громко постучала.
-Комлер! Можете входить.
Послышались радостные возгласы и звук отодвигаемого засова. Девушка устало привалилась спиной к стене, придерживая кровоточащую руку. Слуги, не глядя на нее, тут же бросились к Принцу.
-Что с ним?! -воскликнул Комлер, оборачиваясь к ведьме. -И что с Вами?!
-Небольшой... побочный эффект. Ничего серьезного.
-А Юлиас? Почему он без сознания? -секретарь беспокойно наблюдал, как два стражника аккуратно поднимают тело юноши.
-Он ослаблен, истощен. Я убила в нем зверя, и теперь он снова стал человеком. Представьте это так, будто два месяца он бродил по пустыне практически без еды и воды, да еще и перенес лихорадку - вот в таком он теперь состоянии. Ему нужен постельный режим, хорошее питание и чистая вода. Как только сможет держаться на ногах, можно начинать прогулки на свежем воздухе. Чем длительнее они будут, тем лучше, -Люсиль прикрыла глаза, тяжело выдохнув.
-Все слышали? -Комлер обратился к остальным. -Немедленно возвращаемся. Мне необходимо известить обо всем Императора...
Ведьма смутно помнила, как они вернулись обратно. Перед ней шли стражники, несшие Принца, а перед ними молчаливый слуга нес факел. Комлер, ничего не спрашивая, поддерживал девушку за пояс, помогая ей идти. Люсиль не возражала. Разум медленно покрывался мраком, оставляя одну лишь пульсирующую боль. Хотелось лечь и тут же заснуть, и больше - ничего.
В свою комнату она никого не пустила, отказавшись от предложенной помощи. Комлер настоял, что через час, как бы то ни было, кто-нибудь из слуг зайдет проверить ее состояние. Люсиль, кивнув, молча согласилась.
Оставшись наедине с собой, она тут же почувствовала кратковременный прилив сил. Конечно, желтый малисс ей не поможет - она даже не доставала его. С трудом орудуя правой рукой, девушка перерыла всю сумку, отыскивая темно-фиолетовый камень.
-Ahne'd imensio.
Через некоторое время кровотечение наконец остановилось. Все. Больше магия ей ничем не поможет.
Люсиль стянула с себя рубашку и подошла к зеркалу, оценивая повреждения. Вся правая рука, от запястья до плеча, была покрыта неприятными красными линиями, похожими на засохшие ветви какого-нибудь диковинного южного дерева. Линии извивались, переплетались, сходились и расходились вновь, более всего и правда напоминая кровеносные сосуды. Они отвратительно бугрились, и до воздействия фиолетового абри из них сочилась кровь. Сейчас они затянулись тонкой бледной кожицей, походя на вспухшие вены. Несколько линий спускались к груди, а общее направление угадывалось весьма легко - они явно тянулись к сердцу ведьмы.
Люсиль тщательно промыла руку и перевязала чистой белой тканью, порвав ее на тонкие ленты. Раздевшись догола, она бросила измазанную в крови одежду в одну кучу и, укутавшись одеялом, упала на кровать. Нет смысла думать об этом сейчас. Для начала, ей нужно убедиться, что после всего ее не отправят на костер.
Утром к ней зашла радостная служанка - та самая полная женщина, что была приставлена к ней с самого начала. Слух о том, что Принц наконец пошел на поправку, довольно быстро распространился по замку. Женщина прибиралась в комнате, пока Люсиль, завернувшись в одеяло, сонно взирала на нее с кровати. Все листы с формулами были предусмотрительно сожжены накануне вечером.
Служанка принесла завтрак, забрала одежду на стирку и распорядилась о горячей ванне. Она не задавала никаких вопросов и не говорила ничего лишнего, даже когда счищала с пола засохшую кровь. Люсиль умиротворенно слушала ее веселую болтовню, застывшим взглядом следя за ловкими движениями столь объемной женщины.