А если так? Я просто пошел буром. Вбил его в стену и, позволяя себя бить по голове, рассекая кожу, молотил его в ребра. Каменные. Да он сильнее и мощнее меня! Такой на ринге и два часа выстоит. Годзилла, а не пацан. В другой момент я бы даже предложил ему нормальный спарринг, но сейчас он просто умрет.
Мы с уродом покатились по кабинету, будто львы. Я буду драться до смерти, если придется! И в тот миг все обещания не психовать, не доказывать жене свою любовь, не унижаться из-за ее измены, а просто уйти – уже не работали.
Я хотел отмщения.
Лина что-то закричала, но от хлестких ударов по ушам я почти не разобрал слов и продолжал напирать и выматывать противника. Он выдохнется. Может, сильнее и моложе меня, но опыт не пропьешь – я пережму его, задушу гадину.
Этот ползучий удав так быстро передвигался, что даже подмятый подо мной выкрутился и отпрыгнул в сторону, как горный козел. Да кто ты такой?
Бой без правил продолжался недолго, но для меня время остановилось. Боли не было, все отступило, стало легче.
Только силы закончились быстрее, чем я думал. Качнувшись от слабости, прижатый к стене, я получил в подбородок два сокрушительных удара. Осел на колени, руки упали вдоль тела, как плети, поднял на Лину окровавленный взгляд. Ее губы шевелились, а я пытался сложить слова:
– Он детектив! Детектив! Остановись! Лютый! Стефан принес фото, где ты с любовницей! – она бросила мне в лицо какие-то фото. Я осел назад на согнутые ноги, вытер кровь с лица локтем и всмотрелся в бумаги.
Голубоглазый отошел от меня, расслабился, поправил галстук и застегнул пуговицу на пиджаке. Он будто и не дрался, даже не запыхался.
Разглядывая фотографию, где я целую Варе руку, когда мы прощались на улице возле кафе, я дико расхохотался.
Глава 7
Ангел
Мне хотелось обнять Лёшку, попросить детектива вызвать скорую. Сердце разрывалось от боли при взгляде на его разбитые губы, кровоподтёки на лице. Но когда Береговой расхохотался, я завелась снова:
– Смешно тебе? – крикнула я и пнула его упавший чемодан. Тот самый, который муж держал перед тем, как уйти. Замок щёлкнул, и на пол повалились папки и документы. – Что? Решил вернуться к детям? Вот только я не пущу, Лютый. Слышишь? Уходи, раз так любишь. И не смей больше врываться в мой кабинет…
Я осеклась и с ужасом осмотрела разгромленный офис. Стол без ножек, в разбитом окне танцует порванная штора. Монитор слабо мерцает в углу рядом с разбитым компьютером.
– О, боги! Что ты натворил? – Ко мне вернулось самообладание и я, понимая, что ноги дрожат, подняла стул и села на него. Кивнула на ухмыляющегося Стефана. – Я наняла его, чтобы знать, с кем ты кувыркаешься. И узнала. Она… ничего. Молода и красива… Такое наивное личико, взгляд, как у меня когда-то. Тебе можно понять. Но на этом всё, Береговой. Ушёл, так ушёл.
Я торопилась высказать всё, пока есть силы на это. Пока перед глазами окончательно не потемнело от боли, пока я не смотрю на окровавленное лицо любимого мужчины. Но которого надо отпустить. Внутри меня всё горело, но голос звучал холодно и по-деловому. Так научил меня отец.
– С этого момента у тебя нет права на меня. Даже если я буду с кем-то встречаться, ты свой выбор уже сделал. И знай, что я попросила Звонарёва быть моим адвокатом при разводе. С такими доказательствами и не мечтай забрать детей! Но не волнуйся, я не буду препятствовать вашим встречам. Ты можешь принимать самое активное участие в их воспитании, но…
Понимая, что выдохлась и вот-вот упаду в обморок от переживаний, я осеклась и кивнула:
– На этом всё.
Хотела подняться и гордо уйти, но даже пошевелиться не смогла.
Лёшка слушал меня внимательно, продолжая сидеть на пятках, а потом протянул мне фото и, с трудом поднимаясь на ноги, мягко сказал:
– Она моя сестра, Ангел. Сестра… Слышишь? Двоюродная, дочь маминой сестры, но все равно родная ведь. – Муж повернул голову в сторону притихшего Стефана, хмыкнул и растянулся в улыбке: – Боец ты хорош, но детектив из тебя – дерьмо.
Лютый отвернулся к выходу, но его ноги ослабли, потому он закачался и вцепился в повисшую дверь.
– Пойду отсюда подальше, – мрачно сказал Леша, не оборачиваясь, – раз ты все так быстро решила, не позволив мне даже объясниться. Я тоже не прав… Извини за погром, Лина, я вызову сейчас ребят. – Он слабо оттолкнулся от стены и внезапно выпал из кабинета, как обрубленный ствол. Оттуда послышался тихий мат, и муж, с трудом поднявшись, исчез в коридоре.