7.
ЦЕРКОВЬ ДУХА (1522-1525)
На фоне всех этих безобразий Лютеру настоятельно требовалось оправдаться как в глазах своих учеников, так и в собственных глазах. Он подошел к решению этой задачи как богослов, подчеркивая, что все наблюдаемые мерзости относятся к явлениям нравственного порядка, тогда как действительную опасность представляет лишь религиозное зло, то есть неверие. В Евангелии он прочитал: «Тот, кто уверует и примет крещение, тот спасется». Он понял этот завет так, что для спасения достаточно веры и крещения. И нечего морочить ему голову всякими банальными историями про распутство и прочие безнравственные поступки. Они не имеют никакого значения и не могут служить преградой на пути в Царствие Небесное.
«Прошу вас, — писал он в 1523 году, — четко различать учение и жизнь... Чтобы отделить учение от жизни, нужна высшая благодать». Несколькими годами позже он все еще настаивал на этом разделении, которое теперь превратилось в противопоставление: «Я часто говорил о необходимости строго различать учение и жизнь. Учение состоит в том, что я верую в Христа и ни в чем не полагаюсь на свои дела, свои страдания, свою смерть и свое служение ближнему, — все это меня совершенно не заботит... Образ жизни не столь важен, как учение, и даже если жизнь моя недостаточно чиста, мне дарует чистоту мое учение... Я живу так, как могу, но из образа моей жизни отнюдь не следует, что учение мое ложно. Вот почему судить надо не по образу жизни, который я веду, а по тому учению, которое исповедую. Жизнь свою можешь попирать ногами, но учение должно достигать небесных высот!» Итак, теория оказывается важнее жизни. «Учение неизменно, оно не теряет ни своей чистоты, ни своего совершенства». Реальная жизнь не в состоянии подняться на такую высоту. К этому главному теологическому выводу он добавляет еще один, прикладной аргумент. Простые души легче поддаются внушению святых, чем грешников; поэтому лучше, если проповедовать учение станут люди, погрязшие в пороках. Тогда новообращенные пойдут за ними не из-за их личных качеств, а исключительно благодаря авторитету Божьего Слова.
Единственное, что имеет значение, это вера. Если имеешь веру, то все остальное позволено, ибо Христос своей правдой искупает все наши грехи. Вот почему не так страшны блуд, супружеская измена, пьянство или драки, которые не затрагивают основ веры. Напротив, стараясь творить добрые дела, человек как бы признается, что уповает не на милость Божью, а на личную добродетель. Самый большой вред приносят месса, исповедь, пост, умерщвление плоти и церковная молитва, крайней формой которых является монашество, поскольку под этими занятиями подразумевается беспрестанный торг с Богом, безумная надежда на то, что на жалкие свои деяния человек может «купить» Божью благо-дать, которая безмерна. Своей искупительной жертвой Господь преподнес нам великий дар, ничего не требуя взамен. Вот почему Лютер так яростно боролся с монашеством, вот почему он призывал и всех остальных не жалеть сил на эту борьбу. Монахов нужно убеждать, что в монастырях им делать нечего, а если они не желают этого понимать, надо обратиться за помощью к мирянам и выгнать их из монастырей силой. Вот почему он провозгласил ненужными все церковные обряды, все обычаи благочестия — они, по его мнению, превращают религию в идолопоклонство. Вот почему он объявил крестовый поход против папы — узурпатора и святотатца, подменившего своей властью авторитет Христа и упорствующего в этой кощунственной подмене.