— давайте выпьем за честных и благородных людей Карло!
— давайте Матье!
Они стукнули чарки и опустошили их в миг. Карло был силён, и его не охмеляло вино практически совсем, в то время как Матье Монморанси уже был изрядно пьян.
— а чем вы занимались, пока крестоносцы занимались грабежом Зары? — спросил Карло.
— я? Ох Карло и не спрашивайте! Была значит одна венецианка! Господи… Богиня! Я с ней две недели не выходил с комнаты! Это не женщина, а просто Афродита Милосская!
— вот как? А у вас на родине нет женщины?
— нет Карло, я одинокий волк, я как бы это сказать, разочаровался в женщинах совсем чуть-чуть…
Матье попытался встать, чтобы сделать комический жест, но его повело в бок, и вдобавок ко всему корабль словил сильную волну, чем подбросил рыцаря практически за борт. Реакция Карло сработала молниеносно, он в один прыжок переворачивая бочку, что преграждала путь, ухватил за шиворот Матье, а второй рукой схватился за висящий рядом трос. Корабль начал опускаться поглощая волну, а Карло одним движением руки притянул к себе полупьяного Матье, который даже не успел понять, что случилось. Многие солдаты от этой волны попадали, будучи на палубе, в то время как моряки напряглись, зная по опыту как принимать такие толчки. Пара моряков, что были рядом с инцидентом подбежали к рыцарям что выпивали, и один из них заорал:
— господи сеньор вы спасли жизнь этому человеку! Как вы его удержали одной рукой?
— Стефан ты видел его руку? Он же похож на Геракла! — глядя на стальное предплечье Карло отреагировал моряк.
— господа рыцари, закругляйтесь, у нас небольшой шторм. Идите все немедленно в каюту!
Матье пребывая в пьяном шоке сидел на полу корабля, потом медленно поднялся, понемногу осознавая, что случилось.
— никогда бы не подумал, что меня спасёт сицилийский архангел!
— ничего особенного Матье, я просто протянул руку помощи другу!
***
Эскадрилья кораблей подходила в бухту Константинополя с южной стороны. Император Византии уже знал о готовящемся прибытии крестоносцев. Так же он знал, что их визит может быть не столь дружелюбным. Тем не менее, он был более спокоен, потому что стены города и его защита были немыслимо велики и неприступны. Количество защитников города сильно превышало количество рыцарей и сопровождающих солдат. Главной ошибкой императора было то, что он ранее заключил договор с венецианцами и тем самым уменьшил количество флота. Это сыграло роковую роль, ведь никто не смог остановить рыцарей плывущих по морю. На подходе к городу корабли взяли на таран золотую цепь, преграждающую пролив между двумя частями города и корабли поплыли вокруг левого побережья. Они остановились на севере города в бухте. Крестоносцы разбили большой лагерь недалеко от города, где отдыхали после изнурительного мореплавания. Умерло не так много солдат, и численность войска по-прежнему была в районе двадцати пяти тысяч солдат, по большей части, состоявшей из воинов Франции. Энрико Дандоло тоже пережил это плавание, казалось, один дьявол способен лишить его жизни. Собравшись на вечернее собрание, руководители похода начали обсуждать план, как будут действовать:
— ну что Энрико, вот мы и прибыли. Стены города прячут блеск золота, которое он надежно скрывает, каковы ваши мысли о том, что делать дальше? — спросил старика Балдуин.
— всё замечательно мой уважаемый граф! Вы забыли, что у нас есть козырь в рукаве?
— какой же?
— человек, который вырос за этими стенами, он нам и поведает строение башен и слабых мест города. Вместе с его знанием и нашей силой мы возьмём неприступный город.
— а где же Алексей? Может он вообще не доплыл до берегов родины! Вы его видели? — оглядываясь по сторонам, спрашивал Балдуин.
— да видел я его. Он выглядит правда так, будто вот-вот подохнет, но всё же он жив. Пошлите людей пусть его разыщут. — сказал Бонифаций, откупоривая бутыль с вином.
— отлично. — Балдуин послал пару солдат на поиски, а сам сел в шатре напротив графа. — Предлагаю написать письмо папе. Указать на причину, по которой мы здесь. То бишь добиться сдачи города переговорами, и если этот метод сработает и Алексей-узурпатор покинет трон, оставив слово за нами, то мы потом красиво решим вопрос мимо папы. Как вам идея?
— идея неплохая, но вряд ли узурпатор послушает прошение папы об отречении от престола. Как бы папа не распинался, у него нет власти в Византии. Тем более, сейчас, после такого гнусного свержения императора Исаака. Конечно, мы попробуем все методы, но уважаемое рыцарство, готовьтесь к серьёзной потасовке. Цену награды вы все знаете. Через две-три недели, когда получим официальные ответы, начнём действовать.
— так тому и быть, я готов к любому исходу. — ответил Балдуин и опрокинул в горло чашу вина.
Шли дни, а за ними недели и предложения мирного урегулирования конфликта были разосланы всем сторонам. Иннокентий в очередной раз был в шоке от того, что произошло, но под воздействием кардиналов понял, что дороги назад нет. Угрозы об отречении от церкви уже ничего не значили, потому что воинство было ослеплено небылицами о богатстве Византийской столицы. Сейчас важно было не допустить кровопролития между христианами, ведь основная цель папы — объединение церквей, можно было достичь лишь мирным путём. По крайней мере, Иннокентий там думал. Ответное письмо дошло императору-узурпатору, и тот не удостоил внимания, ответить папе. Он выслал гонца, который поведал троице лидеров похода о том, что стены города ждут их захватчиков, чем дал зелёный свет на начало штурма. Имея под рукой царевича Алексея, крестоносцы разработали стратегию взятия башен города и были готовы действовать. Превышающие силы противника в городе, нигилировались тем, что крестоносцы были намного лучше экипированы и подготовлены к любому типу ведения боя. Через несколько дней должен был начаться штурм стен.
Карло Феросси уже услышал новости о предстоящем нападение на город и решил напоследок написать письмо жене, чтобы сообщить ей что это возможно последнее сообщение от мужа. Когда он сидел с поникшим видом, глядя на бумагу, к нему подошел уже знакомый друг Матье.
— слова не клеятся мой друг?
— вообще никак. Я не знаю, как попрощаться с моей любимой.
— зачем же прощаться?
— потому что, мы не знаем, выживем ли после атаки на стены.
— это верно, как и то, что возможно мы не умрём! Так зачем же раньше времени отчаиваться? — похлопал по плечу товарища Матье.
— я не хочу обманывать жену, давая ей ложные надежды.
— ох Карло, вы безмерно ошибаетесь. Наоборот, нужно оставить в её душе надежду, чтобы она верила в вас, даже если это будет в последний раз. Зачем оставлять последнее воспоминание о себе, будто вас сразили ещё до битвы? Поглядите на себя Карло, вы рыцарь коим нет равных, и уже отчаялись вернуться домой?
Карло не знал, как ответить, он держал перо в руке, которое бессмысленно капало чернилами на бумагу. Он не хотел сдаваться, но он слышал о грядущей битве и о том, сколько защитников в неприступном городе. Он знал, что штурм стены обернётся тысячами смертей неуязвимых крестоносцев, хотя они были обычными людьми, и умирали, так же как и остальные.
— напишите за меня Матье. Я не могу этого сделать сам. Я продиктую слова. Вы выполните такую услугу для меня?
— я могу это сделать, но ваша жена может увидеть, что письмо писали не вы, и тогда она всё равно поймет, что произошло нечто плохое. Например, вы погибли и попросили написать друга письмо от вашего имени. Не стоит так делать мой друг.
— вы правы Матье. Я должен сам делать такие вещи. Спасибо за вашу поддержку. Вы как никто другой выручаете меня словом, которое для меня сейчас ценнее любого золота.
— не отчаивайтесь Карло! Всё будет хорошо. Мы ещё выпьем вина у вас дома, а я буду смотреть на ваших детишек! Выше нос и всё получится.
С этими словами Матье встал и покинул рыцаря в одиночестве со своими мыслями.
“Дорогая Луиза
Мы добрались до берегов Балкан. Поездка была изнурительная и долгая. Я пережил её, только благодаря любви, которая согревает моё сердце. Среди всей толпы грубых и чёрствых солдат я повстречал светлого человека, который поддерживает меня как брат. Мне повезло, что такой человек будет рядом, будь то даже мой последний день в этом гиблом месте. Он говорит, что всё будет хорошо, и он внушает великую надежду, что мы встретимся и обретём счастье в конце нашего пути. Мне сложно в это верится, ведь через пару дней мы начнём штурм города. Да это опасное дело, но я буду осторожен моя дорогая Луиза, как и обещал. С божьей помощью я надеюсь, преодолею все трудности и окажусь за стенами города с гордо поднятой головой на плечах. Прошу вас Луиза! Не стоит прятать в себе эмоции и печаль. Найдите того, с кем сможете поделиться дурными мыслями и переживаниями. Это очень помогает в такое сложное время, поверьте моему опыту! Передавайте мои пламенные приветствия вашему отцу и скажите ему, чтобы он внимательней приглядывал за моим вином! Когда я вернусь, вся вина за окончательный результат будет на нём! Так ему и передайте. А если серьёзно Луиза, я безмерно скучаю и люблю вас. Слова это всего лишь слова… Но, если у нас нет другой возможности быть друг с другом, то пускай, хотя бы они нас объединяют. Берегите себя Луиза и нашего ребёнка, я буду ждать вашего ответа с нетерпением, надеюсь уже тогда он или она родится, и мы вместе выберем ему имя.