— да успеем мы ваш дом посмотреть. Ах, стойте это вы Иван? Иван Тодоров? Тот, что лучшие мечи точит для наших солдат? Господин Попов при всём уважении бросьте тратить своё время на этого человека! — уверил прибывший солдат пристава. — Этот человек Болгарин, больше чем сам царь Калоян, пускай меня разразит гром, если он что-то мог замышлять!
После этого подтверждения Ивану стало легче, но он всё еще был в напряжении, нельзя было подать виду раньше времени. Этот пристав был ещё той ищейкой.
— да чёрт бы его побрал, я жрать хочу! Погнали в Одинцы, заодно я хоть каши гороховой, моей любимой отведаю! Я давно хотел туда прокатиться! — с улыбкой мечтая о каше, сказал один из свиты пристава.
— ладно. Поехали, раз вы так уверяете. Извините Иван за недоразумение, но если будут какие-нибудь слухи, помните, сто золотых на дороге не валяются. — давал наставление моему другу ушлый пристав.
— так солдат, езжай в Ивайловград и вызывай подмогу в Одинцы. Я не собираюсь быть заколотым этим иродом. А мы поедим туда и будем наблюдать. Если он появится, то мы проследим за ним.
Все быстро сели по коням и быстро ускакали прочь, оставив деревню Свирачи в покое, но это пока. Когда они скрылись из виду, Иван отошел в сторону, и его вырвало всем тем, чем он недавно пообедал.
— я думала нам конец. — просто сказала Диана с пустыми глазами глядя, на клубы пыли от коней.
— не говори ничего дорогая. Заходи в дом.
Диана зашла в дом, а Иван пошел закрыть двери сарая, после чего вернулся к жене, чтобы прийти в себя. Радка встретила хозяев на кухне с улыбкой.
— мясо готово! — она не знала, что была в маленьком шаге от виселицы, поэтому её настроение было, пока что хорошим.
Зато лица Ивана и Дианы были полной противоположностью.
— это прекрасно… — сказал Иван, пытаясь выдавить улыбку.
— Радка сядьте за стол, нам нужно серьёзно поговорить. — сдержанно проговорила Диана.
— что-то случилось? — улыбка у девушки резко сползла с лица, заменяясь уже знакомым страхом.
— к сожалению да. — ответил Иван и начал объяснять. — Нужно что-то с вами делать. Кажись, Любомир натворил очень много делов. Его ищут и его казнят, когда найдут. Я не знаю, что с вами сделают, но в принципе могут тоже казнить как сообщницу. Те обвинения что выдвинул пристав, вот только что приходивший. Не оставят шанса на спасения ни вам, ни тем кто вас укрывает. — с грустью в глазах Иван перевёл взгляд на Радку.
— нам нужно покинуть ваш дом? — боясь правды, спросила девушка.
— к сожалению да. Ещё бы мгновение, и мы все четверо уже были в тюрьме и ждали приговора. Но, как будто ангел спустился с небес и спас нас от верной гибели! — проговорила Диана и закрыв глаза, начала читать молитву.
— поймите Радка, мы не хотим вас прогонять, но нужно что-то делать, иначе погибнем мы все. Спрятаться в этой деревне не удастся. Они вернутся, и будут шерстить по всем сусекам. Я их знаю. Если они вас не найдут, они просто будут шерстить чтобы найти какой-то повод что-то взять, а если повода не будет всё равно что-то возьмут просто так, на благо сраной Болгарии…
— я вас понимаю… — грустно ответила девушка. — но, куда же мы пойдём? И как мы пойдем? Любомир же не может идти? Он уже более полудня без сознания.
— кто вам такое сказал? — ответил я, стоя в дверном проёме.
Иван ошарашенный тем как я подкрался чуть не упал со стула.
— ах, ты чертила! Как ты встал? Ты же был без сознания?! — улыбаясь, спросил Иван.
— кто тебе сказал, что я всё время был без сознания? — удивился я.
Девушка от радости подбежала и обняла меня, сияя как ребёнок.
— кстати, это она тебя спасла, если бы не её лечение, ты бы уже сдох! — указывая на рыжую девицу, говорил Иван.
— я конечно благодарен всем вам, что вы меня спасли, но Радка не могли бы вы меня отпустить, я стою без штанов и если упадет полотенце, я бы не хотел светить задом перед всеми…
— ох я забыла, извините! — улыбаясь ответила девушка и отошла в сторону.
— можно мне поесть? Мне кажется, я вечность не ел.
— конечно, садить бандюга. Или тебе помочь сесть? — спросил Иван.
— я ранен, но не инвалид. Сиди уже пирожок. И ни черта я не бандит. — махнул рукой я Иван и ковыляя сел за стол.
— только что пристав приходил. Ох, же и делов ты натворил, мать честная! — недовольно качал головой Иван
— вам нужно сделать перевязку! Раны заживают, но быстрее заживут, если сделать новую повязку из трав! Кстати, Диана вы купили то, что я просила?
— да, тут всё лежит в сумке. — указывая на тряпичную сумку ответила жена Ивана, которая не знала радоваться или переживать. Шок от прихода судебного пристава ещё не миновал.
— давайте для начала поедим, а потом уже будем решать, что делать, и что перематывать. — устало ответил я.
***
Уже вечерело. Моя молодая спутница сделала мне две повязки на ранах, и моё самочувствие улучшалось как-будто с каждой минутой. На самом деле проблема была не в серьёзности ран, а в потере крови, которая со временем вернётся. Главное есть побольше. Прям, как Живко завещал. Я с Иваном сидел сзади дома. Он курил, а я смотрел на кукурузное поле. Растения в июне были пока ещё не такими высокими.
— куда же ты пойдёшь? — глубоко затягиваясь, спросил Ванька.
— для начала хотел разобраться с девчонкой. Нужно её вернуть родителям.
— ты уверен, что это получится? — спросил он, смотря на меня.
— что ты имеешь в виду?
— она рассказала, что её выкрали в бордель. Насколько я могу судить в Ивайловграде. Я пока не понял, что произошло толком, но зачем за ней устроили погоню? Обычно если проститутки убегают, никто их не ищет. Они сами приходят нзад, потому что деться больше некуда.
— это верно. Вот только правду мне не хочется тебе говорить.
— почему это? — удивлённо спросил Иван.
— потому что тебя могут допрашивать, пускай и не с пристрастием, так как ты верный гражданин, но можешь лишнего ляпнуть. Я могу только одно сказать тебе точно. Нам нужно валить подальше, потому что от нас не отстанут.
— настолько всё серьёзно?
— да. И чем меньше ты знаешь, тем лучше. — на полном серьёзе ответил Ивану.
— слушай, я имел в виду, что если её украли, то её родителей могли того. Чтобы они её не искали. Хозяйство выгребут, а их в землю. Такое бывало Любко, поверь. Я слыхал страшные истории. Сейчас лучше быть на стороне своих.
— ага, и кто ж эти свои? — с презрением спросил я.
— ты меня понимаешь, не стоит язвить. Я тебе друг, а не враг.
— я понимаю, просто меня бесит вся эта ситуация.
— а кого она не бесит? — разводя руками, спросил друг.
— ну тебя, например?
— с чего бы это вдруг? Ты думаешь, я живу как в масле? То, что у меня навалом работы и все меня якобы уважают, может смениться в любой момент. Какой-то дегенерат мне книгу в сарай подбросит с печатью Мефодия Византийского и тут же побежит донос строчить страже. Потому что я ему отказал работу выполнить, как будто у меня её не хватает.
— может ты и прав…
— да не может дружище, а так и есть. Я каждый день сижу как на иголках. Люди остервенели. В лицо другом и болгарином кличут самым верным, а за спиной локти кусают, потому что я с Дианкой могу позволить себе и хлеб и масло, а они хер с солью доедают. Только вот я что ли виноват в этом?
— конечно не ты! Ладно, хватит жаловаться, у тебя пока нет проблем. Так что живи и радуйся. А вот мне нужно как то крутится. — раздраженно остановил я друга.
— так что же вы пойдёте в Казак?
— наверное…
— а если её родители того? — он показал на небо пальцем.
— чёрт его знает! Не знаю, что делать Ванька, этот год какой-то ненормальный, до этого хоть и была война, но я не встревал в такие проблемы, а тут навалилось всё и сразу! Ещё и эта девица на голову упала. Зачем она мне? Её кормить нужно и приглядывать за ней, она же ребёнок ещё.
— да какой на хрен ребёнок, ей двадцать лет и она тебя с того света вытащила. — возразил Иван. — Может, пришло время?
— какое время? — прищурив глаз, спросил я.
— ну типа, остепениться, ты и так вон всю молодость то в борделях, то по случайным бабам ходишь. А оно то плохо. Заразу только словишь, а с твоим заработком и в такое время сгниёшь заживо, и никто тебе не поможет, лекари нынче дорого стоят. Вон Борька с Дубно так же как и ты жил-поживал. Да и хер отпал. А потом и сам сдох. Ты подумай пока будешь идти к ней домой. — выкинув недокуренную папиросу сказал друг.