— тысяча золотых, лучший конь из моей конюшни и первый присуждаемый титул — лучший воин Болгарии 1200 года. — улыбаясь ответил Калоян.
Пошли шепотки в зале о том, что это баснословная награда, за которую и убить не жалко. И это было правдой.
— тогда, уважаемые, пируйте! А через два часа, все кто принадлежит к военному совету, прошу остаться, а остальных попрошу удалиться отдыхать.
Пожирание еды и пойла началось полным ходом. А тем времен царь обеспокоенный отсутствием Белича, наклонил голову к Борилу, который думал, есть или не есть виноград, откровенно скучая.
— где Белич? — с тревогой спросил царь.
— понятия не имею. Может, сдох от диабета. — безразлично ответил советник.
— я серьёзно Борил. Кто мои финансы будет контролировать? — немного раздражаясь, спросил царь.
— слушайте дядя, есть Захар Сталев — его заместитель. Я его давно знаю. Он толковый мужик, и если эта свинья не объявится к совету, то он вам обо всём доложит, расслабьтесь, не нервничайте. У нас праздник, в конце концов — вкидывая в рот виноградину, беззаботно обратился к царю Борил.
Царю не сильно понравилась такая перспектива, и он наклонился к другому хитроумному советнику Эмилу. Тот, сегодня был одет в ярко красную мантию, как кровавый барон.
— слушайте Эмил. У нас проблема.
— какая? — спокойно спросил Эмил, с маленькой чёрной шапочкой на голове.
— при Варне погиб наш глава армии.
— я там был вообще-то с вами государь. Не стоит повторять мне эту новость, я ведь не батюшка Богдан.
— и что вы думаете по этому поводу?
— сложный вопрос. Я бы поставил Артемия. Он и опытен и отважен. — предложил Эмил.
— я склоняюсь поставить во главу Румена.
— зачем?
— он мне кажется очень умным, и намного более искусным бойцом, нежели Артемий.
— с этим не поспоришь, а что делать со слухами и уважением? Солдаты не пойдут в бой за того, кто имеет славу бывшего Византийца.
— это было давно! И при этом он доказал свою преданность в боях при Македонии.
— одно дело быть офицером или управлять полком. Другое дело быть во главе армии, где ты решаешь всё и за всех. Это очень опасная власть уважаемый царь. За которую может дёрнуть Румен и в не очень правильном направлении. — предостерёг царя, хитрый советник, делая глоток белого вина.
— ладно, убедили. Я подумаю ещё над этим. Возможно, это решение стоить пережевать и выплюнуть после турнира, в котором он кстати будет участвовать несомненно.
— турнир это пустышка и показуха, не стоит рассчитывать, что там может что-то решиться. — снова уколол царя Эмил.
— я так не считаю. Пейте ваше вино, вы надоели мне уже пререкаться со мной постоянно! — злобно крикнул царь.
— если я этого не буду делать, то лизоблюды окружат вас царь, и вскоре вы проснётесь с осознанием, что нож мешает вам спать на спине.
— спасибо, ваши советы очень полезны. — скривившись от злости отвернулся царь и тоже выпил вина.
Через два часа вакханалия уничтожения еды подошла к концу, и гости начали недовольно покидать стол. Остались только те, кто решал что-то на военном совете. Среди них был Младен, который не находил себе места. Царь же встал и начал ходить по свободному от гостей залу и вглядываться в полностью армированных стражников, что стояли у стен с алебардами. Он подходил и протирая их доспехи, как будто они были лично его, после чего начал вещать:
— что ж наконец-то этот балаган закончился, и мы можем перейти в важным делам. И прежде всего меня беспокоит один вопрос…
Младен напрягся как струна начиная потеть, а вместе с ним и судья Николай, что сидел совсем рядом и скрытно сжимал руку своего очень близкого друга… Но, голос царя был прерван, в зал вошел стражник без шлема. Рыцарь с каменным лицом начал говорить:
— извините за вторжение царь. У нас очень важные гости прибыли во дворец! Просят вашего внимания.
— вот оно что!? И кто же это?
— первая делегация из Византии. Сам министр иностранных дел Максимилиан Влахов прибыл. Вторая делегация от папы Иннокентия III.
Царь громко хлопнул в ладони от предчувствия грядущего представления и того как быстро победы сковывают внимание к победителям. Он немедленно скомандовал:
— веди этих негодяев сюда. Сейчас мы их послушаем. — его настроение резко сменилось на очень весёлое. Появление таких гостей и внимание к своей персоне очень льстило царю.
— кого изволите первого выслушать? — спросил рыцарь.
— хех, веди Максимку. Раз уж наш враг приполз к нам на коленях, сейчас мы послушаем его нытьё!
— слушаюсь государь. — солдат развернулся и пошел за гостями.
Царь подбежал и наполнил себе кубок вином в предвкушении диалога. Все сидящие молчали, только Борилу эта встреча не нравилась, он постоянно поглядывал на царя, будто хотел дать совет, но царь отошел от него, уже прямо ожидая чуть ли не у двери. Через пять минут появилась делегация дипломатов. Их было трое. Главный он же Максимилиан Влахов был мужчина со строгим лицом. Ровный нос, короткие русые волосы, выразительный подборок и добрые зелёные глаза. Он был стройным с прямой осанкой. Его помощники несли некие бумаги. Зайдя в зал, который к сожалению, уже успел провоняться едой и спиртным, Максимилиан и носом не повёл, хотя здесь запах стоял весьма не дружелюбный. Они поклонились, и министр ждал речи царя.
— ну что же вы “уважаемый“? Каким ветром вас занесло в мои владения? Неужто что-то случилось? Может вы с хорошими вестями, ваш император сдох от проказы?
— желаю здравия царь Калоян. Я прибыл по приказу императора Византии Алексия III с условиями перемирия между нашими государствами.
— ах, вот оно как получается? Теперь вы заговорили, что мы государство?! Мне не послышалось уважаемый Максим? — царь подошел вплотную к министру иностранных дел и тяжело дышал ему в лицо винными парами. Министр и глазом не моргнул.
— позвольте зачитать, что предлагает Алексий III.
— он предлагает? Вы слышали господа? — обратился к залу Калоян. В основном вояки начали смеяться от этих слов. Борилу не было смешно. — И что же он предлагает? А может он умоляет? Ты не ошибся? — продолжал насмехаться царь.
— Алексий III просит вас подписать мир между Болгарией и Византией. Византийская империя признает Болгарию как отдельное, независимое государство в территориях на линии соприкосновения наших войск. Мы обязуемся отвести войска и не посягать на захваченные вами территории. Здесь составлен документ в трёх экземплярах. Два из которых будут у нас, а третий при вашем согласии на мир, будет доставлен папе римскому. Ваша церковь будет принадлежать к восточной или западной конфессии, что решит папа Иннокентий III вместе с вами. Мы не имеем к вам никаких претензий.
— смотрите господа. Вот как выглядит побеждённый враг. Вот так скоро меня будет умолять Имре, чтобы я не зашел в Будапешт, а то ему править нечем будет и он убежит под юбку к Иннокентию просить убежища. А с чего вы уважаемые Византийцы решили, что нам нужен мир? А где дань, и плата за мир с нашей стороны?
Максимилиан склонил голову и посмотрел в пол. Он был невероятно терпелив и умён, он всё прекрасно знал и сейчас подключил всё своё умение, чтобы доступным и лаконичным образом донести царю, что он торгует воздухом.
— уважаемый Калоян. — начал Максимилиан — В нашей империи есть проблемы. Мы воюем на два фронта, снедаемые внутренними проблемами. К сожалению, у нас нет возможности платить дань, но мы и не будем этого делать.
— вот как? И почему же это?
Борил уже хотел встрять в разговор, но Эмил его остановил рукой и только помахал пальцем, чтобы тот не встревал. Борил понимал, что царь дурит и война на два фронта в этой ситуации Болгарии была не нужна, им тоже нужен был мир, но Калоян пытался выжать максимум из ситуации.
— у Алексия III есть глаза и уши.
— в отличии от его брата, которого он их лишил. — съязвил царь сплёвывая на пол.
— это внутренняя ссора, которая не имеет никакого отношения к этому вопросу. Так вот, мы видим карту войны на Балканах и мы слышим слухи о захвате Сербского государство королём Имре. Мир выгоден и вам и нам. Если вы не согласны с этими условиями, то мы вынуждены будем слать прошение к папе, чтобы он на вас повлиял.