— неплохие друзья, с такими и врагов не нужно. Чего они от вас хотели? — спросил я.
— чего-то там не поделили с мужем. Вроде как дело было в деньгах. В итоге они вломились к нам в дом и вытащили меня в лес, угрожая, что изнасилуют, а потом убьют меня у него на глазах. Ну, он особо не расстроился и отказался платить.
— вы сейчас не шутите? — с ужасом спросила Радка.
— я давно разучилась шутить с такой жизнью девочка. — с мёртвым от горя лицом ответила женщина.
— как вы живёте с ним, и главное зачем? — спросила девушка сердито
— а куда она денется? — ответил я вместо женщины. — В её возрасте, извините за прямоту, у женщин нет пути назад. В жены её никто не возьмёт, ибо мужиков очень мало, все кто есть либо бесполезные, либо очень больные или же богачи, которые балуются в борделях молодыми девчатами.
— Любомир на диво умён и прав. Видишь Радка, вы ещё молода и не понимаете, как устроен мир, а он жесток и беспощаден. Вам повело иметь такого заботливого молодого человека.
Радка улыбнулась от последней фразы, но потом резко разозлилась. Я видел как у неё от злости напрягаются жилки на лбу, но она не нашла что сказать женщине. Правда была правдой, и тут ничего не поделаешь. Она всё ещё не понимала до конца, что у женщин на войне всё также чудовищно, как и у мужчин.
— где же ваш муж, и что он собирается делать с трупами? — посмотрев на женщину спросил я.
— понятия не имею, он мне не докладывает о своих планах…
Муж, немного ранее по времени, если отталкиваться от этого разговора, находился в лесу с подельником, с которым договорился за бутыль браги закопать трупы мёртвых солдат в лесу. Они стянули их в одно место и уже выкопали яму. Подкоп делать начали, ещё пока солнце не встало, а закончили, едва оно появилось на горизонте. Закапывая большую траншею, его товарищ вытер чёрный от грязи и пота лоб и схватив лопату начал глаголить:
— говоришь, двух своих солдат корешей порешил?
— а что, не видно что ли?
— как то мне мало верится, что ты в одиночку с ними расправился, ты же дохляк какой, а они вон мордовороты были еще те.
— поговори мне тут! Шкаф большой да больно падает! Они были пьяны, с ними и совладать нечего было! — кричал Феодор, возмущаясь недоверием подельника.
— ты брагу то мою гони! А я всё одно тебе не верю, врёшь ты как дышишь Феодор…
— неверие — это только твоя проблема товарищ.
— ну как сказать. За убийство стражников можно и на виселицу отлететь.
— а я не думал что ты такая падаль Томик!
— я тебя просто предупреждаю дебил!
— а то я не знаю?! — снова начал кричать Феодор, которого вообще не волновали убитые. Главное, что они оказались убитыми. — Я не виноват! Они сам нарвались, а я защищался! И чего ты вообще начал доставать меня расспросами?
— а то, что подозрительно много солдат начало гибнуть в нашем регионе! А ты разве, идиота кусок, не слыхал об убийце Византийском? — сощурив глаз, спросил Феодора алкоголик-подельник.
— нет, на хрена мне такой чепухой голову забивать.
— а зря мой хороший! Вон этот убийца, царских гвардейцев едва не грохнул, главу Ивайловграда завалил, и ещё и деньги все изъял у налоговиков! За ним столько греха, что я было подумал, это он солдат порешил! Тем более, весьма подозрительные раны у них были!
— а ты с каких пор тут стал патоло ана натомом?
— патологоанатомом придурок!
— не передёргивай! — заорал Феодор. — А то, и ты тут ляжешь рядом с ними. — показывая на могильник сказал Феодор.
— ладно-ладно! Вижу, ты какой-то нервный, но ты призадумайся о моих словах, сейчас даже на улицу нынче выходить страшно, он ненавидит болгар! Всех кто говорит, что он настоящий болгарин вмиг протыкает своей дьявольской рапирой!
— откуда ты знаешь о его оружии? И что это за дебильные сказки? Ты что впрямь веришь в эту чепуху? — спросил Феодор.
— да коли не знать? Весь регион уже на ушах, его повсюду ищут! Ты что ли проснулся с бодуна, или не просыхал целую неделю? — удивляясь, посмеялся с товарища подельник.
— мне-то всё равно! Моё дело брага, всё остальное меня не волнует!
— ладно, пошли домой, надоело с тобой разговаривать. Я хочу выпить обещанное!
Через час они вернулись домой. Грязный алкоголик-подельник остался на улице, а Феодор зашел в дом, чтобы достать с ямы бутыль браги. Завидев спасителей, сидящих за столом с женой, Феодор резко поменял физиономию и тон голоса:
— О! Здравствуйте, то есть доброе утро почтеннейшие! Вы уже проснулись? Как здоровье? Как спалось!?
Я удивился такому радушному приёму, ведь Тамара только что вещала не совсем положительные слова о Феодоре, а он в свою очередь показался весьма дружелюбным.
— благодарю хозяин. Мне уже лучше. Мы поели и довольны что все живы и здоровы, если позволите мы пробудем у вас один день, а завтра утром покинем ваш дом. — рассказал я свой план Феодору.
Тамара, как будто чувствовала себя в большей безопасности с нами, резко изменилась на глазах. У неё затряслись руки и губы, она с трудом совладала с собой, чтобы промолчать и держать себя в руках.
— это хорошо ребята, что все живы и здоровы! Если вам понадобится, то можете дольше оставаться, вы ведь ранены парень, вам стоит поправиться!
Его любезность была настолько неправдоподобной, как и слова Тамары, они просто были несовместимы. И кто из них лжет? А чёрт его знает.
— спасибо Феодор, но мы решили завтра медленно, но уверенно уйти. Мы благодарны за вашу помощь! — настояла моя подруга.
— ну, смотрите сами, молодцы. Я вас не задерживаю и не выгоняю, поступайте, как считаете нужным. А сейчас, извините меня. Мне нужно удалиться по делам.
Он пошел куда-то в коморку, и вытянул оттуда бутыль. Потом быстро прошмыгнул мимо нас и пошел к своему товарищу. Для нас же всё было просто и скучно. Нам нельзя было выходить на улицу днём, чтобы не навлечь на себя гнев господень и нам пришлось просиживать часы дома. Радка помогала Тамаре, чем очень радовала её сердце. Одинокое сердце несчастной женщины. Я же читал какое-то унылое чтиво, среди той скудной библиотеки, что имелась у этой несчастной семьи. Куда подевался Феодор мы могли только догадываться. Но, тот факт, что он был весьма подозрителен, не ускользнул от меня. Слишком он был мил и льстив, при этом на его лице было написано совсем иное. Может, это было скверным делом судить о людях по лицам, но порой выражение лица и глаза, говорят намного больше, нежели язык.
***
Трое друзей шли по улице большой деревни Железино в надежде на лучшее будущее. Все они на вид были обычными крестьянами в подранной и старой одежде от тяжелой полевой и хозяйственной работы. Павел, Илия, и Валик были одногодками — по двадцать лет от роду. Характеры были у них разные, но несколько черт одинаковы. Все не умели писать и читать, грамоты они не познали в связи с тем, что в пятилетнем возрасте кто-то остался без одного из родителей, у кого-то не было денег этим заниматься, у других всё сменилось на алкоголизм. А сделать что-то самому в возрасте пяти лет никто из них естественно не смог. И вот эти три молодца, договорились вместе пойти — на войну. Может появиться резонный вопрос, а почему их ещё не забрали? И ответ прост. Они туда не попали каждый по нелепому стечению обстоятельств. Разбирать которые мы не станем. Важно то, зачем они шли к двум рекрутёрам, которые стояли возле таверны и орали во всё горло праведные речи. Ведь суть вопроса лежала на поверхности, нужно было только разобраться и всё станет понятно. Но, могли ли они хотя бы додуматься до этого?
— говорят, сейчас армией командует сам Артемий Руднев! Вы слыхали такое? — сказал Илия.
— да слышал! Неужели мы будем в армии самого Артемия! Это тот который в одиночку взял Варну! — заорал Павел.
— и что? Петер был всё равно круче. Он, вон перед армией погиб как герой! Дрался с самим нечистым! — ответил Валик.