— Смотри, наша местная знаменитость, — прошептала Марина, подмигнув. — Лютик. Да-да, вот такое нежное прозвище для того, у кого, кажется, вместо сердца камень.
— Лютик? — переспросила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.
— Ага. Говорят, он вообще боли не чувствует. Ни физической, ни душевной. Однажды ему палец дверью прищемили так, что кость треснула, а он хоть бы хны. Просто посмотрел на того человека... и тому стало так плохо, что он сам в больницу уехал. Марина хихикнула в кулак прикрываясь Войной и Миром в толстом переплете .
Я наблюдала, как Лютик что-то небрежным жестом объясняет своему другу, и поймала себя на мысли, что смотрю на него не со страхом, а с холодным, аналитическим интересом. Он был как дикое животное — опасное, непредсказуемое.
— А тот высокий с ним — Саня, — продолжала свой рассказ Марина. — Говорят, у него с головой не всё в порядке, но руки — золотые. Лютик без него шагу не ступает.
В этот момент в библиотеку вошла девушка, от которой пахло дорогими духами даже на расстоянии. Яркая, вызывающая, в одежде, кричащей о деньгах, которых в Деревянном Городе быть не должно. Она направилась прямиком к Лютику, и я увидела, как его плечи напряглись, едва она коснулась его руки.
— А это Светка, — с оттенком брезгливости в голосе сообщила Марина. — Дочь местного авторитета. Ходит за Лютиком как приклеенная. Говорят, он с ней из-за долга. Но кто их разберёт...
Я наблюдала за этой сценой из-за стеллажа с книгами, чувствуя себя настоящим серым воробьём, затаившимся среди вороньей стаи. Светка что-то требовала, тыча пальцем в грудь Лютика. Он стоял неподвижно, его лицо было каменной маской.
Он что-то коротко бросил ей, развернулся и ушёл, оставив её одну посреди библиотеки. Саня, пожав плечами, поплёлся за ним.
— Ну что, прониклась местным колоритом? — вернула меня к реальности Марина. — Пошли в столовку, пока всё самое съедобное не разобрали.
В столовой творилось чёрт знает что. Запахи, кажется, пропитали стены так сильно, что даже от них пахло квашеной капустой. Я сморщила нос, но желудок настойчиво напоминал о себе. Если я сейчас не поем, урчание будет преследовать меня весь день.
Казалось, никто не обращал на нас внимания, но в этот момент какую-то девушку сзади сильно толкнули, она задела Марину, а та в свою очередь — меня. Мои очки полетели на заляпанный пол.
— Смотри, куда прешь! — просипела девушка с экзотичными чертами лица.
— Прости... — прошептала Марина, теребя край свитера.
Я уже наклонилась, чтобы поднять очки, как чья-то рука опередила меня.
— Не дёргайся под ногами.
Над нами склонился высокий парень в спортивной форме. Мускулы играли под тканью футболки при каждом движении. Подняв очки, он бросил на меня оценивающий взгляд.
— Новенькая? — его голос был низким, без особых эмоций.
— Да, — прошептала я.
Он протянул очки, но не отпустил их сразу, когда я взяла.
— Смотри под ноги. Здесь не на параде.
Его глаза скользнули по моей фигуре, задержавшись на секунду дольше необходимого. Взгляд был тяжёлым, изучающим.
— Спасибо, — пробормотала я.
Он лишь кивнул и, развернувшись, пошёл к компании парней, сидящих у окна и разговаривающих слишком громко.
— Громов, — бросил кто-то из его компании, — опять чужие проблемы решаешь?
Парень хмыкнул:
— Просто не люблю, когда под ногами валяются чужие вещи.
Когда он отошёл к своему столу, Марина ахнула.
Уже сидя за столом, находящимся за колонной, я могла спокойно доесть свою картошку и наблюдать за этой компанией, оставаясь незамеченной.
— Громов Андрей — авторитет тут, и у него девушка есть. Вообще, они с Лютиком какую-то свою вражду ведут, но я бы тебе советовала держаться от обоих подальше. Хотя... хоть у тебя и шмотки нормальные, — Марина запнулась, подбирая слова. — Как бы это тебе сказать, чтобы не обидеть... Ты не тянешь на принцессу. Как и я. Таким, как они, — она кивнула в сторону Громова, — нравятся модели типа Дианы или Светки. Не парься, короче. Нам пора бежать, скоро лекция.
Я кивнула, делая последний глоток чая. Но прежде чем последовать за Мариной, бросила ещё один взгляд на того парня — Громова. Он сидел, откинувшись на спинку стула, и с кем-то оживлённо спорил. Казалось, он полностью погружён в свой разговор, но в самый последний момент его взгляд скользнул в мою сторону.
Когда мы с Мариной вошли в аудиторию, воздух словно сгустился. Профессор Грубов, сутулый мужчина с пронзительным взглядом, жестом указал мне на свободное место в первом ряду.