Разворачиваюсь и выхожу, хлопнув дверью так, что, кажется, стеклянная стена в коридоре дрогнула.
Я еду, стиснув руль до хруста в костяшках. Мысли – чёрный, кипящий котёл. Ненависть к отцу. Беспокойство за Любу. И… она. Почему она не выходит у меня из головы? Элис. Выскочка богатая. Заносчивая кукла, которая думает, что ей всё дозволено. Я вспоминаю, как она унизила меня тогда, как растоптала все те чувства, которые я к ней испытывал. Как кидала эти презрительные слова в меня, словно я был песком под её ногами. А этот её взгляд чего стоил. Холодный, высокомерный. Ничего в ней не поменялось, может быть, даже приобрело ещё больший окрас. Сестрёнка рассказала мне, как она повела себя недавно. Выгнала её из-за стола. Как мне хотелось взять эту стерву и хорошенько встряхнуть. Чтобы осознала, что мир не крутится вокруг неё. Чтобы поняла, что ценности в жизни — это не только бумажки.
А теперь она — невеста моего брата. Часть этой идеальной, прогнившей насквозь картинки. И этот её взгляд… он меня бесит. Не потому, что ранит. А потому, что я вижу в нём фальшь. Вижу ту же самую запертую в золотой клетке зверюшку, что и во всех них. Я не хочу о ней думать, но по-другому не могу. Стоит закрыть глаза, как её образ маячит, вновь открывает затянувшуюся рану. Я кручу руль, резко сворачивая на дороге, и пытаюсь мысленно прогнать её из своей башки. Санек звонил час назад, я не ответил.
У нас с ним свой мир. Бизнес по инвестициям — не в ларьки, старик, а в крипту, в IT-стартапы, в то, о чём твои устаревшие менеджеры даже понятия не имеют. Саня — гений. Он слышит деньги, как мелодию. И у него получается. Кредит на машину я закрыл месяц назад. Если всё пойдёт так и дальше, через полгода вложимся в прибыльный бизнес.
Но даже эти мысли, обычно такие чистые и ясные, сегодня с трудом пробиваются сквозь чёрную пелену. Сквозь образ её холодных глаз. Я бью со всей силы по рулю , но облегчения это не приносит.
18
Элис.
Вечеринка была, как всегда, спланирована идеально. Музыка, когда-то фоново-джазовая, сменилась на более ритмичную электронную волну, задающую пульс всей этой ночи. Я сидела на терракотовом диване, попивая охлаждённое белое вино и наблюдала за своим женихом. У большого камина, под массивными охотничьими трофеями на стене, расположились Артур, хозяин базы, и Андрей. Рядом с ними сидели Ваня Буров и Макс Стрельников. Золотая молодежь. Сыновья олигархов, наследники медиа-империй. Знаю, что Андрей совсем недавно вошёл в эту тусовку, и ему это невероятно льстило. Сейчас он был в своей стихии — говорил чуть громче других, вальяжно откинувшись в кресле, с сигарой в руке. Речь шла о чём-то деловом, но сквозь серьёзность прорывался хохот.
— …так вот я ему говорю: если хочешь вывести бренд, то тебе не на биржу, а в тикток, блять, нужно, — хохотал Артур, размахивая стаканом.
— Устаревшая модель, — важно кивал Ваня Буров. — Сейчас сила в микровлиянии. Отец вложился в платформу…
— Отец, отец… — перебил его Макс, но беззлобно. — Мы-то тут о своём. Андрей, а твой проект с логистикой? Слышал, Крылов заинтересовался?
Я видела, как плечи Андрея расправляются от этой фразы. Он входил в их игру, и ставки росли. Почему-то, глядя на него, я не получала удовлетворения. Красив, да, не спорю. Тело натренированно, он много времени пропадает в спортзале. Оглядевшись по сторонам, я замечаю заинтересованные взгляды девиц. Я знаю, что он тоже их ощущает, но взгляды бросает лишь на меня. Я же наблюдаю за вновь прибывшими на вечеринку. Наверное, я умалишённая, но в другом зале через стекло моё внимание привлекает мужская спина. Я даже вздрагиваю, отворачиваюсь и поворачиваю голову вновь. Показалось. Почему мне везде мерещится Лют. Его здесь не может быть. Просто не может. Я вообще не должна о нём думать. Снова злюсь на себя и вновь наблюдаю за Андреем.
Моё внимание отвлекло лёгкое прикосновение к плечу. Это была девушка Макса Стрельникова, Карина. Длинноногая блондинка в шелковом кимоно поверх купальника.
— Элис, ты не хочешь искупаться? — спросила она, кивая в сторону стеклянных дверей, ведущих к огромному подсвеченному бассейну. — Там уже народ. Весело.
Я сделала последний глоток вина, поставила бокал на столик.
— Иди, детка, развлекайся, — отозвался Андрей, не оборачиваясь, но явно уловив наш разговор. Его рука легла на спинку моего дивана в небрежно-собственническом жесте. — Мы с пацанами ещё поболтаем.