Лагерь музыкантов живет своей жизнью: корит костер, пахнет едой, раздаются голоса и смешки. Принцесса настороженно выходит к ближайшим двум фигурам из-за редких деревьев и кустарников. Вилберн и Роберт замечают ее, разговоры и смех тут же стихают. Мужчины смотрят на нее настороженно.
— Добрый вечер! А я хотела найти Алана…
— От там. Дрова колет, — машет в сторону рукой Вилберн, глаза при этом его продолжают блестеть подозрительностью.
— Постарайся его не выбешивать, — прямолинейно добавляет Роберт, глядя Рослин прямо в глаза.
Она кивает и отходит в сторону, откуда слышен треск и удары топора.
— Привет! Я хотела поговорить, по поводу своей семьи.
Алан ее игнорирует, продолжая молча колоть дрова.
— А вы сегодня были днем на площади во время королевского заявления? Мне казалось, что в толпе мелькнули цветные костюмы, но я точно не знаю…
Трубадур не реагирует, даже не поворачивается на голос.
— Алан, ты так и будешь молчать?
— Или что? Начнешь мне приказывать? Отправишь в тюрьму? — Взрывается он.
— Ну что за ересь!
— А выдавать себя за другого человека и врать другу — это не ересь?
— Значит, ты меня сегодня видел все же? — Нервно дергает свой плащ принцесса.
— Вас все видели, Ваше Высочество, — фыркает Алан, отворачиваясь обратно к дровам.
— Давай отойдем и поговорим с глазу на глаз, пожалуйста! Просто выслушай…
— Ладно, — с явным раздражением, но уже без злобы соглашается трубадур.
Через редкие пролесок они прошли к берегу небольшой реки и сели на ствол поваленного дерева. Древесная кора была теплой и шершавой, в воде отражался догорающий закат, в кустах робко начинал запевать соловей.
— Алан, меня отпускали одну гулять в город только при условии, что я не буду раскрывать свое настоящее происхождение. А про то, что я из знати, тебе было известно.
— И ты собиралась вечно скрывать, что ты — принцесса Рослин? Думала, что это никогда не вскроется? Или планировала быстро завершить нашу дружбу после помолвки и свадьбы, чтобы избавиться от неудобного общения?
— Нет! Я вообще не знала ничего про планы отца.
— Ну, конечно. Поздравляю с помолвкой. — Бесцветным сухим голосом отвечает трубадур.
— Ты мне больше не веришь?
— А почему должен? Или тебя нельзя обвинить во лжи?
— Прости! Я не хотела тебя обидеть, правда! Таковы правила безопасности…
— Опять старая песня. Правила, запреты, рамки. А я-то думал…
— Что?
— Что мы не совсем чужие люди, и что дружба для тебя когда-нибудь станет нужнее правил. Уже не важно, забудь.
— Да что вообще изменилось? — Раздраженно раскачивается Рослин. — Какая разница, королевская я фрейлина, или принцесса? Тебе что, это мешает общаться?
— С фрейлиной было бы проще.
— Что именно проще.
Алан задумчиво смотрит на воду, долго молчит. А потом спрыгивает с него, начинает расхаживать кругами у ствола.
— Мы сворачиваем лагерь и собираемся утром уезжать в другой город. Во время гуляний за счет короны пришлют много придворных музыкантов, для наших небольших концертов места не останется. Все эти недели, что мы дружим, я имел наглость питать надежду, что ты захочешь бросить свою жизнь, на которую постоянно жалуешься. И уедешь с нами. Понятно, что никто из аристократов не бросает своих теплых комнат и набитых сундуков… Но ты от них вроде отличалась. Мало ли…
— Ты предлагаешь мне уехать с вами? Но почему? Разве тебе есть дело до того, какие у меня проблемы, и вообще… — Рослин тоже слезает со ствола и останавливает друга.
— Есть дело. Да, предложил бы. Фрейлине. Но не принцессе.
— Почему?
— Потому что за организацию побега принцессы можно со свистом отправиться на виселицу.
— Алан, да не будь же ты таким ослом! — Он удивленно вздрагивает, впервые услышав от Рослин ругательство. — Мне все равно, что весь мир считает меня принцессой, скованной кучей правил. Для тебя я всегда — Роуз. Просто Роуз… — Принцесса хватает друга за плечи и встряхивает, глядя ему прямо в глаза. Он явно сильнее и выше, поэтому он даже с места не сдвигается.
— Да если бы что-то понимала… — Начинает ворчать Алан, поднимая руки, чтобы оттолкнуть девушку. Но вместо этого резко притягивает ее к себе и мягко прижимается к губам. Поцелуй получается робким и нерешительным. Но принцесса неожиданно отвечает на него, не позволяя отстраниться. Алан прерывает поцелуй первым и прижимается горячим лбом ко лбу Рослин.