— Но я-то…
— А тебя — особливо надо было в застенки притащить! — Наставительно произнес уважаемый Рэм. — Потому как рад бы я сказать, что дело у нас продвигается споро, и всех мы нашли… Но это не так. Многие, кто к этим делишкам был причастен, еще не вскрыты. И будут они виновника искать, кто их промысел на белый свет вытащил. Искать и мстить жестоко, уважаемый Вер. Так что выделять тебя — никак нельзя.
— И сколько мне еще тут сидеть? — Поник я.
— Да многих из твоего отряда уже выпустили. — Отмахнулся он. — Итак понятно, что в поход людей случайных стараются искать. И тебя не задержим.
— Ну, хоть так…
— Как выйдешь, сразу к Варе шагай. Переждешь у нее на подворье с недельку, место там безопасное.
— Никак нельзя мне на ее подворье. Поссорились мы.
— Знаю, что поссорились — и весь постоялый двор твой знает, и даже на рынке уже судачат. Как поссорились, так и помиритесь.
— Не примет она меня, уважаемый Рэм. Мы в самом деле повздорили не шутейно, так уж вышло…
— Это тебе так кажется. А я засветло у нее был и обо всем договорился. Сказала — присылай.
Я аж головой замотал, представив, с каким оскалом и блеском в глазах она соглашалась.
— На постоялом дворе отсижусь.
— Вер, приказано сидеть у ведьмы — уж будь так добр, не гневи старика. Не могу я голову твою этим мерзавцам отдать. — Поиграл он желваками. — Не от большой любви, а потому как знаешь ты способ, каковым мы это кубло обнаружили. А эти знания им никак достаться не должны, понимаешь? На острове для тебя только два места безопасных — в этом подвале, да на ведьмином подворье. И если уж тебе одно не подходит…
— Понял уж. — Вцепился я пальцами левой руки в затылок, да, тут же успокоившись, волосы огладил. — Ладно. Только как мириться — даже мыслей нет, — приуныл я.
Да так, чтобы самому потом не загавкать и блох не вычесывать лапой, в конуре сидючи с ошейником из волшебного соболя…
Впрочем, печалился я деланно. Ибо дай мне на улицу выйти — так и сам найду, где схорониться безо всяких ведьм. Найдется и третье, и четвертое безопасное местечко. Было бы золото в карманах.
— Купи ей платок красивый, булку вкусную маковую… Что головой мотаешь, не любит она булок?.. Так меду возьми сладкого бочонок — мед всем нравится.
— Мед плохо от одежды отстирывается. — Буркнул я.
— Так ешь аккуратно. — Стал он раздражаться.
— Если по башке бочонком прилетит, то куда я денусь…
— Вара — человек надежный. Не станет она тебе прошлое припоминать! Подарок — он для видоков нужен, что помирились вы.
— Ваши бы устами…
— Вон, чаю ханьского на рынке возьми. Вчера торговые люди с юга привезли — еще вести по острову разойтись не успели. Вара чай тот зело уважает — примет обязательно.
— Он не в горшках продается⁇
— Нет, в бумажных свертках.
— Тогда пойдет, — прикинул я. — Платок, да чай.
— А дальше по хозяйству поможешь — у нее калитка, вон, еле держится. Да подворье она сама железом ото льда чистит — не порядок это. Ее дело — лекарское. На седьмицу там точно работа есть — никто не удивится.
— Как скажете, уважаемый Рэм.
Ни ногой туда.
— Вот и ладно, — поднялся он с нар, да к фонарю со светляком потянулся.
— А я смотрю, не обошлось вчера без боя, — охнул я, заметив в свете крупный синяк у него под глазом.
— Да нет, это я об сани ударился.
— Бывает, — отвел я взгляд.
— Что сидишь? Хватай соболей и пошли на волю.
Я и рад — тут же вскинулся, да за бок тут же, охнув, схватился.
— Все-таки поподчивали тебя тумаками, а?
— То за другое. — Уклончиво отозвался я.
— А за что? — Заинтересовался Рэм.
— Да пошутили, что на острове морда я, если не благородный. Я тоже смешно пошутил.
— Понятно… — Протянул он. — Я с людишками теми переговорю.
— Да я ж не жалуюсь.
— Все одно — не порядок будет, если на улице разойтись не сможете. Не сейчас, так потом.
Только плечом дернул. Может, и правильно своих людей бережет.
Дальше выхода из камеры Рэм меня провожать не стал — передал молчаливому стражнику и велел из терема в шею гнать. Ибо не знаю ничего, и только время его трачу.
— А вещи мои?
— И вещи ему верни. — Раздраженно отмахнулся Рэм, да в другой конец коридора пошел.
— А ну давай на выход, — пробасил стражник, и я без понуканий в сторону лестницы направился.