Та дернулась, но отодвигаться не стала.
— Ладно. Живи, охотник, как жил. — Добавила торопливо.
— Позволь любимой звать, — локон волос из платка выбившийся, поправил я.
— Как девку твою?..
— Ее Лалой зову. — Зашел я за спину ей и руки на плечи положил. — Тебя любимой звать стану, если захочешь. И никакой Рэм для этого не нужен, сам так хочу. — Гладил я ее легонечко. — А ты — хочешь ли?
— Девку если прогонишь…
— Да пристрой ее по хозяйству. Будет госпожой тебя звать, мелкие дела улаживать. Большой дом столько сил зазря переводит.
— А ты ее по углам тискать станешь?.. — Угрюмым стал голос ее.
— Стану, — кивнул я.
Да возмущенно вскинувшиеся плечи придержал.
— Ежели ты сама дозволять будешь. — Уточнил я.
— Вот уж — никогда!
— Никогда — так никогда, — покладисто я согласился, да рукам больше воли дал.
— Ты что себе позволяешь, охотник⁈
— Княжич, Вара. Княжич я ныне.
— Липовый, — дышала глубоко она.
— Дубовый. Ибо столько тебе горя принес, обижая. — Целовал я шейку лебяжью, обнаженную, да со шнуровками платья боролся.
— Дурак, — закусила та губу. — Давно бы в жабу обратила…
— Но ведь пожалела бы потом? — Шептал я на ушко. — Честной будь.
— Пожалела…
Платье поддалось, да ведьма, перестав за скатерть руками хвататься, его к груди поджала.
— Погоди! Убивать ведь тебя будут! Думать нам надо, а не…
На руки ее подхватил, что ойкнула да шею обняла. А как увидела, куда смотрю — смутилась цветом маковым да к груди прижалась.
— Убивать потом будут, пока дела поважнее есть. — Доложил я ей. — Постель искать буду.
Да по сторонам посмотрел — были две двери, не считая той, что на улицу вела.
— Пусти… — Буркнула она.
— Значит, направо пойдем.
— Слева…
— Значит, налево, — не стал я спорить. — Раз любимая так просит.
И прижали меня чуть сильнее, и сердечко в руках забилось надеждой.
Не выйдет у Рэма ничего, и волколаки для того не нужны даже.
Глава 19
Обедали втроем. За гостевым столом, но все одно не по своим углам — и Лалу допустили.
Та, хоть и грустная была, как я пришел — то ли по запаху догадалась, то ли иначе как-то, но примирение с ведьмой тихой радостью встретила. Никому не хочется на болоте век коротать, пузыри в жабьем облике надувая.
Хотел ей подсказать, как одеться лучше — но Лала и без моего совета самое скромное у себя нашла, а где шитье золотом было, то спорола быстренько. И сироткой тихой за столом в углу сидела, глаз не поднимая.
Обедали тем, что гостинцами в корзине я принес — с утра на это тоже времени не нашлось. Да и наготовил тот повар так, что в одного точно не управиться — всем досталось. А что подозрительно стало попахивать — тому и Ухо был рад.
Как отобедали, Лала к хозяйке с поклоном обратилась да спросила, где посуду ей мыть.
— Иди пока, — задумчиво Вара смотрела на нее. — Потом все покажу.
Вышла Лала, с поклоном за собой двери затворив, да в баньку вернулась.
— Комнату ей в доме дам, — все-таки кивнула ведьма своим мыслям. — Но потравить меня решит — сам виноват будешь.
— Не станет. — Спокойно согласился я, на Вару глядючи.
Сережки мои как одела — не снимает, и красива в них.
— Сегодня снова по делам поедешь?
— Четыре места осталось, где появиться надо.
Возница Нив с утра у крыльца появился, да не до него было. Пусть ждет — работа у него такая.
— А если не позовут тебя княжичи потом, ни один, ни другой? Что делать станешь?
— Рэм говорит — позовут. Но если нет — не моя это головная боль. Княжич А-Шеваз уедет. Свое я исполнил, а ежели Рэм еще что выдумает — пусть другого человека ищет. Мне до его золота больше дела нет, другое я нашел, — руку к ней через стол протянул, да за пальцы взял.
Смутилась та, примолкла.
— Да и дом уже прикупить успел. Купца первой гильдии Сава знаешь? Свое подворье мне отдает. Ему это дело тоже выгодно — нашел я, чем заплатить.
— Переезжать будешь?
— Если не погонишь, то нет. Я к тому, что нет мне нужды Рэма слушаться. А тебе — есть?
Поморщилась Вара, что-то неприятное вспоминая.
— Не будем о том.
— Мои слова не забывай — от тебя избавиться он тоже задуматься может.
— От меня не так легко избавиться, Вер, — улыбнулась та слабо. — Да и люди меня защитят, вступятся. О себе думай.
— Справлюсь, — прикрыл я глаза.
— Может, зелье тебе какое дать? — Беспокоилась Вара. — Есть такое, чтобы рана долго не беспокоила. Вдруг случится что.
Лед любую рану залатает, но говорить о том не стал.