Этот запах преследовал меня везде.
— Хочу снова ощутить твой вкус у себя на языке. Раздвинь ножки пошире.
Медленно опускаюсь на колени перед Татой, она робко расставляет свои длинные ровные ножки.
Вижу тёмное мокрое пятнышко на её трусиках и сглатываю...
Большего хочу, сдохну сейчас, если не попробую её вкус!
Резко стягиваю трусики и взрываюсь носом в её гладенькие, шёлковые складочки.
Кончу сейчас, как прыщавый подросток, от одного её вкуса и запаха.
До Таты я никогда так не реагировал на женское тело.
Я же не животное, но рядом с ней становлюсь им.
Она уже возбуждена, клитор набух и торчит между губками.
Медленно веду языком, собирая сочащуюся влагу.
Вкусная!
Сейчас бы приподнять её ножки и войти сразу до дна, чтобы кричала от удовольствия.
И она кричит!
Наташа смотрит прямо на меня, как я ласкаю её!
Как только я касаюсь возбуждённой горошины, Тата кончает, содрогаясь всем телом, орошая мой язык своей сладкой влагой.
— Какая же ты чувствительная, не успел опомниться, а ты уже всё.
Выпрямляюсь, поднимаясь на ноги, и мы оба опускаем взгляд на мой стояк.
Я давно готов, а она такая мокренькая, заскочу в неё как по маслу.
Похоже, я подсел на Наташу, на её киску, и уже не смогу без неё, не отпущу...
— Иди ко мне... Лютик...
И девушка притягивает меня ближе, обвивая мою шею руками.
Все мысли тут же вышибает из головы, она тыкается носом в шею и громко стонет.
— Боже, что я творю! Но именно сейчас я чувствую себя действительно счастливым!
По телу проходит мощный разряд тока.
Низ живота тяжелеет еще сильнее, я роняю Тату на диван.
Она так смотрит на меня, что у меня кровь закипает в жилах.
Член горит огнем, мышцы скручивает до боли.
Жадно рассматриваю девушку.
Тата лежит передо мной в одном кружевном лифчике, через который торчат возбуждённые сосочки.
В её глазах самая настоящая тьма.
Девушка протягивает руку и медленно расстёгивает мою ширинку, освобождая мой изнывающий от возбуждения член.
Срываю с неё лифчик и обхватываю губами сосок, она откидывается назад и бьётся в моих руках.
— Хочу тебя, милая, с ума сойду, если сейчас же не проникну в тебя.
Тата — моя зависимость, и этого теперь уже не изменить.
Её нежность, сладость, яркая реакция — всё это оживляет моё сердце, не давая мне ни единого шанса остаться равнодушным к этой шикарной девочке.
И вдруг в мой разум вспыхивает понимание, что я хочу Наташу в жёны, детей от неё хочу.
Если она согласится их мне родить, я буду самым счастливым человеком на свете.
Таращусь на алые пухлые губки девушки, а когда она облизывает их, у меня срывает крышу.
Целую, и она раскрывается навстречу моему настойчивому языку.
Провожу языком по её губам, облизывая их.
Тата тяжело дышит, и моё терпение трещит по швам.
Безумно хочу её, сил сдерживаться больше не осталось.
Этой ночью я буду брать всё, ни одного сантиметра нежного тела Наташи не останется без моего внимания.
Поглаживаю её пышную грудь, спускаясь к талии.
Мои руки сейчас живут своей жизнью.
Я тискаю, ласкаю, глажу, а она стонет, позволяя мне делать с её сочным телом всё, что я захочу.
— Наташа, раздень меня, милая... Давай, не бойся...
Она кладёт свои тонкие пальчики мне на рубашку и расстёгивает её.
От этого прикосновения кровь начинает пульсировать в висках.
Так сложно сдерживать себя, когда рядом с тобой такая красота.
Смотря мне прямо в глаза, Тата стягивает уже ранее расстёгнутые джинсы.
Сажусь на диван и рассматриваю девушку, лежащую передо мной на белых простынях.
Тата вся такая манящая и нежная... беру её ножку в руки и касаюсь губами пальчиков.
Она стонет, а я поднимаюсь выше по её ножке, целую коленку, которая вдруг кажется мне неимоверно соблазнительной.
Двигаюсь дальше к её пышным бёдрам, постепенно разводя её ножки.
Я весь горю, яйца гудят от напряжения, член торчит колом.
Обхватываю его ладонью и провожу по всей длине, чтобы хоть немного сбить возбуждение.
Но легче не становится.
— Наташа, раздвинь ножки шире.
Чем ближе мои поцелуи к её сладкой киске, тем сильнее дрожит от возбуждения Тата.
Её складочки уже мокренькие и распухли от возбуждения.
Девушка вскрикивает, когда я касаюсь её распалённой моими ласками плоти, и разводит ноги ещё шире, открывая мне все свои прелести.
— Ты тут очень красивая, у меня вся кровь из мозга отлила в член.