— Нет.
— И слава Богу!
Лютый усмехнулся, помолчав и вдруг приглушенно добавив:
-..не всегда будет больно. Со временем ты привыкнешь, и научишься расслабляться.
— Научусь, — быстро и горячо закивала я, слыша его мягкий приглушенный смех над собой.
Какое-то время мы просто молчали, не меняя положения наших рук и тел, погрузившись в собственные мысли, и я надеялась, что мысли Лютого не были грустными и были хотя бы капельку похожими на мои.
Да, он был далеко не принцем на белом коне.
И даже не конем!
Возможно, скорее тем страшным драконом, от которого нужно отбиваться и убегать сломя голову…в поисках огнетушителя для себя любимой, когда он просто посмотрит своими колкими голубыми глазами, а на тебе загорятся волосы и все, что внутри.
— Опять Снегурочка? — хмыкнул Лютый, когда я снова едва не захихикала от собственных мыслей.
— Дракон!
— Ого. Бурная у тебя фантазия.
— Сама в шоке, — хохотнула я, наслаждаясь его осторожными прикосновениями, жаром большого тела и уютом, в котором хотелось находиться вечно, припав к его груди щекой и положив раскрытую ладонь на горячую кожу с ароматом колючего мороза, — у вас тут каждый второй истинная Снегурочка. Белокурые, голубоглазые и с косами.
Я улыбалась, когда говорила, растерянно застыв, когда могучее тело подо мной вдруг напряглось и окаменело, когда я поняла, что задела нечто такое, что причиняло явный дискомфорт Лютому.
— …Прости, я не хотела…. - пробормотала я, пока мой мозг сбрасывал с себя оковы страсти и неги, начиная потихоньку возвращаться к жизни, выстраивая хоть какую-то мало-мальски приемлемую логическую цепочку, почему это могло так задеть Лютого.
Пока же мозг стопорился лишь на одном очевидном факте — когда абсолютно все Беры были с длинными волосами, не важно с косами, хвостами или распущенными, у Лютого были короткие волосы. Я тяжело сглотнула, вмиг вспомнив рассказ Мии о том, как отец изгнал собственного сына за то, что тот пытался спасти его любимую женщину, но не спас.
— Спроси, что хочешь и не мучайся так.
Голос Лютого снова звучал холодно и отстраненно, и успокаивало отчасти лишь то, что его ладони продолжали лежать на моей спине, согревая и чуть поглаживая.
Я не была уверенна, что об этом стоило говорить именно сейчас, когда все было так хорошо, но моё чертово любопытство не могло успокоиться и перестать грызть мозг мелкой мышкой.
— …у всех Полярных Беров длинные волосы…
— Не у всех. Только у воинов и приближенных к Королю, — приглушенно и сухо заметил Лютый, запустив руку в мои волосы и принявшись лениво наматывать прядки на свои длинные пальцы.
— Но ты ведь сын Короля и самый приближенный из всех Беров, не считая Свирепого…
— Изгнанный сын.
— Но ведь Король принял тебя обратно и…
— Дело не в том, что он принял, а в том, что я пытаюсь простить отца за тридцать лет, которые я скитался по миру, пока не нашел свою истинную семью.
Лютый говорил не грубо и не резко, но в каждом его слове сквозил непередаваемый холод, когда я прижалась к нему сильнее, обхватив торс своими руками, пытаясь защитить от воспоминаний, которые очевидно могли ранить даже такое ледяное сердце.
— Тебе интересно, куда делись мои Снегурочьи косички? — криво усмехнулся Лютый, но во мне не нашлось сил для улыбки, когда я лишь отрывисто кивнула, почувствовав, как Бер откинулся назад, отчего я буквально распласталась на его большом теле, тяжело выдохнув и чуть дернув могучим плечом, словно это ничего не значило, — Отрубил в тот же день, как ушел с наших земель.
— Отрубил?!
Лютый сдержанно выдохнул, и мне казалось, что сейчас он рыкнет, что на сегодня и так достаточно откровений и просто уйдет. Ну, по крайней мере, это было бы вполне в его стиле. Только Бер, немного помолчал, словно решая про себя, стоит ли мне это знать или нет, наконец, чуть дернув плечом, и проговорил:
— Думаю, Мия рассказывала тебе, что у Беров есть некий переход? Время, когда душа и тело созревают достаточно сильно, чтобы сущность человека была в равной степени сильна с сущностью зверя. У каждого Берсерка этот момент приходит в разное время и чем быстрее сущности уравновешиваются, тем Бер сильнее и осознаннее. Именно в этот момент каждый Бер получает свое прозвище, которое люди называют именами, не просто на пустом месте или потому что так нравится отцу, а исходя из того, что каждый Бер из себя представляет. В момент перехода Бер становится полноправным воином своего Рода и по этому торжественному случаю, ему вручается топор, как символ того, что теперь он истинный Зверь и истинный Мужчина….