— Черт, мне жаль.
— Ну, для этого и существуют няни. А где Дэвис?
— Не смогла прийти, — солгал Гарри. — Выпьешь чего-нибудь?
— У тебя есть вино?
Гарри точно не знал — сам он всегда предпочитал виски, — но на всякий случай, взмахнув волшебной палочкой, произнёс:
— Акцио, вино.
Пару секунд спустя распахнулась ведущая в погреб дверь, и древняя на вид, покрытая пылью бутылка приземлилась прямо ему в руки.
— Изготовлено эльфами? Недурно, — похвалил Малфой, забирая бутылку у Гарри и стирая пальцем пыль с этикетки. — Мерлин.
— Что?
— Оно очень старое.
— Это… хорошо? — поинтересовался Гарри, потому что о винах он не знал ровным счетом ничего.
— Есть только один способ выяснить. — Малфой последовал за ним в просторный зал, который оставался единственной более или менее чистой комнатой во всем доме. После войны Гарри проводил очень мало времени на Гриммо-Плейс, но в его планах было однажды привести дом в порядок. Пусть с этим местом и было связано много плохих воспоминаний, но он когда-то принадлежал Сириусу, и если даже это значило, что Гарри становился излишне сентиментальным — к черту, пусть будет так. — Так о чем таком важном ты хотел поговорить, что это не могло подождать до утра?
Вместо ответа Гарри выудил бутылку огневиски из старинного шкафчика и налил янтарной жидкости себе в стакан.
— Ты знаешь, как снять чары Фиделиуса?
Малфой, приняв у него из рук бокал для вина, наполнил его, в то же время обдумывая ответ.
— Это трудно сделать, — признал он наконец, вращая в пальцах бокал. — Я знаю теорию, но самым безопасным вариантом будет нанять профессионального разрушителя проклятий.
Гарри уже разговаривал на эту тему с Биллом
— Ладно. В любом случае, пока мы здесь, — начал он, присаживаясь на диван; Малфой глянул на свободное место рядом с ним и устроился в кресле напротив. — Я подумал, мы сможем обсудить твою проблему с Патронусом.
Гарри ощутил на себе пристальный взгляд.
— Дэвис и не собиралась приходить, да?
— Хочешь уйти?
— Может быть, — уклончиво ответил Малфой. — Зависит от того, насколько хорошим окажется это вино.
Он сделал осторожный глоток, губы его складывались в причудливые формы, пока он — как предполагал Гарри — перекатывал вино по языку. Пару секунд спустя Малфой сглотнул, и Гарри вопрошающе поднял брови.
— Чары сохранности, — констатировал Малфой со вздохом. — Умная была женщина, моя двоюродная тётка.
— Ну, так в чем проблема?
— У тебя что, какая-то болезнь — неспособность заниматься своими делами и не лезть в чужие?
— Это всего лишь вопрос, Малфой.
— Не все из нас родились с врожденной способностью использовать могущественные чары по первому желанию, — огрызнулся Малфой. — Уж прости мне мою посредственность.
— Едва бы я мог назвать тебя посредственным, — сказал Гарри и тот удивленно вскинул брови. — Ты способен отследить магический след трёхнедельной давности, оставленный волшебником с помощью украденной палочки. Я бы сказал, что это намного выше среднего.
— Проклятия и чары — это не одно и то же.
— Некоторые сказали бы, что проклятия по своей природе гораздо сложнее.
— Некоторые сказали бы, что тем, кто имеет склонность к темной магии, недостаёт способностей к светлой.
— Я бы сказал, что эти люди просто ищут оправданий.
— Ты вообще планируешь когда-нибудь перейти к сути дела?
— Суть дела в том, — сказал Гарри, — что я могу тебе помочь. Если ты захочешь.
— Предлагаешь научить меня, да? — Малфой слегка откинул голову назад, обнажая длинную шею, и Гарри наблюдал, как одним большим глотком он допил остатки вина в бокале. — Да поможет мне Мерлин.
— Знаешь, для меня это тоже было непросто. Ты думаешь, Люпин научил меня заклинанию и сразу же все получилось? Все было не так.
— Как долго?
Гарри пожал плечами.
— Какое это имеет значение?
— Просто хочу знать.
— Вообще-то, это случилось из-за тебя, — Малфой удивлённо моргнул и Гарри пояснил: — В тот день на поле, когда ваша шайка вырядилась в дементоров во время игры. Тогда я впервые смог правильно воспользоваться заклинанием.
— История всей моей жизни, — Малфой покачал головой, снова наполняя бокал.
— Я хочу, чтобы ты работал в поле вместе со мной. Я устал от этой беготни туда и назад. Это все тормозит, и когда начнётся суд, мне бы не хотелось тратить время и прерываться на то, чтобы найти защищённую каминную сеть для того, чтобы связаться с тобой.
— И чем, по-твоему, ты можешь тут помочь? Я проходил обучение, Поттер. Телесный Патронус — одно из требований для получения сертификата, и гребаные инструкторы сказали мне, что сделали все, что было в их силах.
— Какое воспоминание ты используешь?
Малфой молча смотрел на него пару секунд, прежде чем отвести взгляд в сторону.
— Нет. Нет, Поттер. Это… Это не сработает.
— Первый полёт на метле. Я пытался использовать это воспоминание в первый раз.
— Кто бы сомневался.
— Это было за несколько месяцев до того, как я нашёл другое, по-настоящему сильное.
Малфой отпил вина из бокала.
— Мой ответ все ещё «нет».
— Скажи уже, — продолжал настаивать Гарри. — Что бы там ни было, я не стану осуждать.
— Ой, а вот это забавно. И это говорит человек, для которого осуждать меня было едва ли не главной целью в жизни.
— Я был ребёнком, Малфой. Забудь уже об этом.
— Да пошёл ты, — огрызнулся Малфой так, что Гарри даже моргнул от неожиданности. — Я тоже был ребёнком.
— Я пытаюсь сказать, что самое главное здесь не воспоминания. Инструкторы идиоты. Важно не само воспоминание, а то, что ты чувствуешь, вспоминая об этом.
Малфой опустил взгляд на свои руки.
— Знаешь, Снейп был единственным из нас, кто умел пользоваться заклинанием.
Теперь Гарри внимательнее проследил за направлением его взгляда и понял, что тот разглядывает своё левое предплечье.
— Я всегда думал, что это было довольно иронично, — продолжил он свою мысль. — Что этот жалкий тип умел вызывать Патронуса. Я понятия не имел, как ему это удавалось.
Гарри хотел ему рассказать, но этот разговор занял бы у них всю ночь. Да и это была не его история и не ему ее было рассказывать.
— Снейп… он очень хорошо умел хранить секреты, — сказал он вместо этого. — Его воспоминание тоже основывалось на его чувствах.
— Тогда, на шестом курсе, он предложил меня научить, но я отказался. Какого черта мне вообще надо было знать, как вызывать Патронуса? — Малфой невесело рассмеялся.
— Я предлагаю тебя научить, — напомнил ему Гарри. — Я делал это и раньше.
— И когда ты предлагаешь проводить наши дополнительные мини-занятия? На работе? У меня и так предостаточно дерьма, с которым…
— Я подумал, — прервал Гарри его тираду, — что мы могли бы через раз пропускать наши игры в квиддич, пока ты не научишься.
— Ты хочешь пожертвовать половиной своих выходных ради этого?
— Все, чего я сейчас хочу — это чтобы ты мог работать в поле.
— Больше, чем квиддич?
— Больше, чем иметь дело с твоими проклятыми интернами.
Малфой закатил глаза.
— Не настолько они и плохи.
— Они — не ты. В любом случае, я планировал навести порядок в этом доме, так что мне будет чем заняться, пока ты практикуешься.
— Планируешь переехать? — спросил Малфой, весь как-то переменившись в лице.
— Я хотел оставить его Тедди, — сказал Гарри. — Черт, да ведь ему уже двенадцать. Я слишком долго откладывал.
— И пока ты будешь менять занавески, — Малфой снова расслабился, — я просто буду пытаться понять, что я делаю не так?
— Я помогу тебе, если ты мне позволишь. Я не могу сделать это за тебя, но я могу подсказать, что ты делаешь неправильно.
— Может, черт возьми, я просто на это не способен.
— Единственный человек, который никогда не был на это способен — Волдеморт, — возразил Гарри, обратив внимание на то, как поморщился Малфой от упоминания этого имени. — Он не знал, что такое любовь.