Вертолет накренился. Я открыл глаза. Мы приземлялись на открытой площадке посреди зеленых пальм и деревьев с толстыми стволами. Я взглянул на голубое чистое небо – давно такого не видел. Военный перехватил мой взгляд.
- Мы здесь под куполом, никакой радиации, - сказал он. – Пройдем со мной.
Мы вошли в серое низкое одноэтажное здание, похожее на бункер. Военный легко сбросил на пол всю одежду и жестом показал последовать его примеру. Затем он вошел в небольшую прозрачную кабинку, рядом располагалась еще одна. Я зашел, осторожно переминаясь с ноги на ногу. С потолка полилась вода, охватывая меня всего, не давая выбраться из-под струи. Она затекала в рот, в подмышки и во все складки тела. На несколько секунд я ощутил, что не могу дышать. Но только несколько секунд. Когда процедура очищения была завершена, дверь открылась с другой стороны. Военный уже надевал чистый костюм. Рядом – лежала моя форма – легкие светлые брюки, футболка и кеды. Мы вышли из здания в сад. Все зеленело и цвело. Каменные дорожки соединяли несколько зданий, укрытых деревьями и кустарниками. Военный повел меня к одному из высоких стеклянных зданий. Мы вошли внутрь и поднялись на последний этаж. Он завел меня в один из кабинетов и молча вышел.
Я огляделся – обитые кожей кресла, стол из дорогого дерева, огромный экран монитора на стене, белый ковер на полу. Вдруг дверь открылась, и вошел один из НИХ. Я точно знал, что это не просто военный. Он был одним из рычагов в этой системе, одним из вершителей судеб. Тот, с кем я обо всем договаривался заранее. Он повернулся к зеркалу и поправил галстук.
- Ну, здравствуй, предатель, - улыбнулся он. – Присаживайся.
Он сел в кресло и расстегнул пиджак. Я сел в кресло напротив. Никто прежде не говорил мне это слово. Я даже сам себе его не говорил. Да, но это именно то, правильное слово, которое характеризовало меня теперь. Предатель. Но я ведь не со зла. Я просто хотел выжить.
- Как тебе у нас? – Он махнул рукой за окно. – Правда, как в раю?
- Да, мне все нравится, - ответил я, немного растерянно.
- Остров, конечно, не велик, поэтому пришлось делать отбор, - казалось, Он пытался расположить меня к себе. – Но твои условия мы выполнили – девушка спасена. Мы, правда, вместе с ней прихватили и ученого, как его, Альберта. Он нам обязательно пригодится.
Я только покачивал головой в знак согласия. Что я еще мог сказать? Хотя бы Альберт и Полина живы.
- Ты можешь еще послужить нам, - Он пристально посмотрел мне в глаза. – Все равно тебе не быть с девушкой.
- Что это значит? – я в недоумении уставился на Него.
- Протяни руку, - Он медленно подошел ко мне, доставая нож. – Ну же, доверься до конца.
Я протянул руку, понимая, что ничего хорошего это не принесет. Острым лезвием Он резко рассек мне кожу и мышцы вдоль сосудов на середине предплечья. Хлынула кровь, я невольно прижал руку к себе.
- Какого черта?
- Неужели больно? – он снова полоснул ножом рядом с первым порезом. – Не бойся, дай руку.
Он засунул пальцы мне в рану, освобождая кость от кожи и мышц. Но это была не кость. Это был металл.
- Что это такое? – я вырвал руку из его крепких пальцев и прижал к себе, скорчившись от боли.
Он нажал кнопку на телефоне: «Врача в мой кабинет». Он жестко посмотрел на меня.
- Ты лишь наполовину человек, а другая половина – робот, киборг, - Он сел в кресло, рассматривая меня. – Тебе оставили мозг, сердце и кое-какие сосуды, а остальное заменили на металл, встроили специальную программу. Ты должен был защищать остатки людей. Но что-то пошло не так, и ты стал предателем.
Не может быть. Я выпрямился, боль отступила. Кровь капала на белоснежный ковер.
- Откуда вы взяли этот бред? – спросил я.
- Альберт рассказал, - Он развалился в кресле. Жесть в его глазах прошла. Теперь он снова стал самим собой. – Еще не веришь, тогда можно сделать обследование, поговорить с Альбертом.
Я, конечно, не верил. Разве это возможно в тех условиях, в которых оказались люди? Что же им от меня надо?
- Мне надо, - будто читая мысли продолжал Он, - чтобы во первых ты был полностью разобран и снова собран нашими учеными во главе с Альбертом. А во вторых ты должен умереть.
Я замер.
- Ты – предатель.
А ведь все могло быть по-другому…