– Спасибо, Адриан. Думаю, этого достаточно. Трефузис снял с Адриана наушники, и тому показалось, что воздух взвизгнул в его ушах, что его с огромной силой ударило током. Он резко вдохнул, точно пробивший поверхность воды ныряльщик. На плечо его легла рука Дональда, люди, сидевшие перед Адрианом, вглядывались в него, словно проникая глазами в его мозг. Раскачиваясь в кресле взад и вперед, он закрыл ладонями лицо и заплакал.
Он слышал сквозь собственные всхлипы и причитания, как в комнату возвращаются привычные звуки: музыка из двора, тиканье часов и грубый голос дяди Дэвида.
– Ну и на черта это нужно? Мальчишка всего-навсего пускал слюни да ныл, как маньяк. Чтобы довести его до этого состояния, мне не требуется никакая машина. Хватит и хорошего пинка по яйцам.
– По моим представлениям, – сказал Трефузис, – оставь мы машину подключенной к нему на более долгий срок, Адриан сообщил бы нам все, что таится в его мозгу.
– Какая отвратная мысль.
Адриан откинулся на спинку кресла, открыл глаза.
– Можно мне встать? – тонким голосом спросил он. – Боюсь, я отсидел ноги.
– Да-да, конечно. Прогуляйся немного по комнате, мой мальчик.
Избегая взглядов Штефана, Саймона и Биффе-нов, Адриан сошел с возвышения.
Дядя Дэвид размашисто пожал плечами, как человек, уверившийся, что его окружают одни кретины.
– Ладно, готов признать, что она работает, – сказал он. – Оставьте ее где стоит и отойдите от стола, ладно?
– Минуточку, Дэвид, – ответил Трефузис. – Сначала я должен сделать вот что…
Трефузис воздел, точно благожелательный судья, молоток и опустил его на пару приемников. По комнате разлетелись куски пластмассы. Сэр Дэвид окаменел.
– Вы покойник, Трефузис, – прошипел он. – Стреляйте, Дикон!
– Нет! Нет, нет, нет, нет, нет!
С воплем, разорвавшим ему горло, Адриан бросился на Листера, сбив того с ног. И сам, взревев, повалился на него, колотя врага головой по груди, завывая и лая ему в лицо: