Глава 7
Ну скажи ты хоть что-нибудь, Богдан…
Это невыносимо — ждать своей судьбы.
— В какой ты клинике? — наконец задает он вопрос.
— «Орхидея». Под Питером где-то. Я не знаю. Скорее всего, я не зачислена официально. Я выяснила, что на меня даже дела нет. Это все Андрей.
— И давно ты там?
— Нет. Я тут недавно. Но я не могу тут… Я с ума тут схожу… Скоро меня переведут на строгий режим из-за моей попытки отравиться. Я боюсь, что…
— Я понял, — перебивает Богдан.
— С кем ты там? — слышу я фоном женский сонный голос.
— Спи, — говорит кому-то Богдан. — Лежи там и не дергайся, — мне уже говорит. — Вообще ничего не делай, поняла?
— Поняла.
Богдан сбрасывает звонок.
Это значит, что он мне поможет?..
Богдан никогда не любил лишних слов. Глупо было ожидать, что он будет успокаивать меня и обещать спасти. Он либо сделает это, либо не сделает. Другого не дано.
Через минуту Людмила возвращается в палату.
— Ну что? — почти шепотом спрашивает Людмила. Я протягиваю ей телефон. — Не дозвонилась?
— Дозвонилась. Вроде как должен помочь. Но я не знаю…
— А что сказал?
— Чтобы не дергалась и была спокойна.
— Ну вот! Значит, поможет. Ты так и поступи. Не буйствуй. Иначе, знаешь, все гораздо хуже будет, чем просто перевод в другую палату. Я тут на такое насмотрелась… Но те люди правда больны.
— Хорошо… Я буду спокойна, — делаю глубокие вдохи.
— А сейчас спи. Тебе надо набраться сил и терпения.
— Спасибо вам. Я вам никогда этого не забуду, — беру за руку Людмилу. — И как только смогу — отблагодарю.
— Не выдумывай. Ты мне ничего не должна. Это мое решение. Ладно, пойду вздремну, а то до утра мало времени остается, ноги не буду держать.
— Конечно, идите.
— Все, отдыхай, — уходит.
Засыпаю я моментально, надеясь на лучшее.
А будит меня женщина из персонала.
— Какого черта? — спрашиваю я, строго смотря на женщину. — Я отдыхала вообще-то.
— Ваш муж звонит. Хочет поговорить.
Ублюдок поговорить захотел… К черту пусть идет. Я с ним больше говорить не собираюсь. Точно не отсюда.
— Я уже сказала, что не хочу с ним говорить.
— Он беспокоится о вашем здоровье.
— К черту его беспокойство. Из палаты выйди. Режим мой нарушаешь.
Поджав губы, женщина уходит.
Дальше все как обычно. По расписанию. Через пару часов я как всегда сижу у окна, крепко держась за подлокотники. Всматриваюсь в небо, в деревья, в птиц, свободе которых завидую. Хотелось бы мне хотя бы на день стать птицей, прилететь домой, чтобы через окно на детей своих взглянуть.
Я жду…
Я не знаю, в какой точке земного шара был Богдан, когда я ему звонила, но я жду его каждую минуту. Что он появится и…
Но он не появляется.
Утро, день пролетает. Наконец, вечер настает.
Тут Людмила с подносом еды приходит, который мне перевернуть хочется.
— Как ты, Лена?
— Никак.
— Ну не переживай ты так… — поставив поднос, идет ко мне Людмила. — Может, он все в данный момент решает.
— Вы Богдана не знаете. Если бы он хотел, то уже забрал бы меня.
Он наверняка подумал и решил, что так мне и надо.
— Да просто сложности есть.
— Он, знаете, тоже далеко не все законно делает в жизни. Похлеще моего мужа.
— Бандит, что ли?..
— Бизнесмен он. Но ему в жизни разные вещи приходилось видеть и делать самому.
— Ты его будто боишься.
— Да. Всегда боялась и мечтала, чтобы мы больше не встретились. Но теперь… Теперь только он может мне помочь. Ирония, правда?..
— Ты… была влюблена в него?
В этот момент в палату входят.
Ангелина.
— Елена Дмитриевна…
Я разворачиваюсь на коляске.
— И чего вам еще, душегубам, нужно от меня?
— Людмила Павловна, а вы что тут делаете? Почему вы не выполняете свои прямые обязанности?
— Я… я только что принесла ужин для Елены Дмитриевной.
— Так идите уже. Потом заберете поднос.
Людмила мигом ретируется за дверь.
— Ну и что вам надо? — спрашиваю я эту ведьму.
— Завтра вас переведут в другую палату. Ваше состояние усугубляется. Так же изменится дозировка препаратов.
Сволочи…
— Да кто бы сомневался… А зачем меня оповещать? Я ведь ничего не решаю. Вы, кстати, знаете, что вмешаны в незаконную деятельность?
— Не говорите глупостей, — ухмыляется женщина.
— Поверьте, в свое время насчет вашего будущего я позабочусь.
— Угрожаете мне?
— Предупреждаю. Завтра меня перевезут в другую палату? Отлично. Так вали отсюда сейчас же. Рожу твою видеть не хочу дольше, чем это необходимо.
— Истеричка, — фыркает эта стерва и покидает мою палату.
Вскоре я перемещаюсь в постель, теперь снова в ожидании, что скоро придут меня «лечить».
Ангелина является со своей свитой. Ухмыляется, дрянь.
— Как себя чувствуете? Жалобы есть? Не тошнит?
— Только от вас всех.
— Ваш организм уже адаптировался. В таком случае, мы увеличим дозу прямо сейчас. Чтобы вы… поспокойнее были.
Тварь.
Сопротивляться бесполезно.
Женщина справа от меня набирает шприц. Я готовлюсь к короткой острой боли. Как внезапно дверь в палату открывается, и я слышу тяжелые шаги. Мужские шаги.
— Вы кто такой? — повышенным тоном интересуется Ангелина. — Немедленно покиньте палату!