Зал восторженно взревел, приветствуя первого участника турнира.
Только через пару часов очередь дошла до Ии, она уже замучилась ждать, кожа под капроном сильно чесалась, да еще Балаклава препятствовала нормальному доступу воздуха.
— Иди пока так, — сказал сопровождающий её Михалыч, — Если что, потом снимешь.
Надо сказать, что не так и мало народа пыталось скрыть свою внешность тем или иным способом. Михалыч остановился у калитки в октагон и легонько ее подтолкнул:
— Да не боись ты, это же не бой, а просто жеребьевка.
На негнущихся ногах она подошла к столу с аквариумами и по подсказке попугаистого типа вытащила из одного из них пластиковый шарик с номером семь, который у неё тут же выхватили из руки.
— Семерка на разогреве! — радостно заорал мужичок, — Ну и какое прозвище дадим этой таинственной красотке?
— С чего ты взял, что она красотка, может лошадь страшная! — раздался визгливый громкий крик.
Зал тут же зашумел, загикал, засвистел…
— Ну, хорошо, какое прозвище дадим этой страшной лошади, — не растерялся разноцветный конферансье.
— Зачем девочку обижаешь без причины? — опять заорали из зала.
Народ веселился, как мог!
— Пускай снимет шапку, там и решим, — предложил кто-то громкоголосый.
— Силой не могу, если только добровольно, такие правила, — развел руки мужичок, под недовольный гул публики.
Ийка вдруг успокоилась, услышав про правила и ей вдруг стало смешно, когда она представила реакцию народа на её боевой раскрас. А почему бы и не показать? Ведь все равно биться в Балаклаве она не будет. Народ продолжал неистовствовать и даже стал предлагать деньги. Девушка в голос хихикнула, в неё вдруг вселился чертенок, она наклонилась к попугаю и тихонько сказала:
— Ты спроси, сколько денег дадут?
Тот слегка тормознул, а потом завопил:
— Внимание аукцион!!! Продается зеленая шапка с тремя дырками! Делайте ставки господа!
Зал взревел!
— Ты что? — запротестовала девушка, — Я не хочу её продавать!
— Поздно, — заржал разноцветный.
А торг, уже вовсю шел!
Ийка глянула на Михалыча, который ей тут же показал сжатый кулак, на что девушка только пожала плечами.
После получасового бесплатного цирка к сетке протиснулся плотный невысокий крепыш, с неприятными водянистыми глазами и просунул в ячейку сетки три тысячи долларов. Попугай их тут же выхватил, поднял над головой и крикнул:
— Торги окончены, товар оплачен, — он ловко отсчитал триста баксов, засунул их себе за пазуху и остальные протянул девушки, — Я как организатор торгов взял свои десять процентов, а деньги за товар отдаю бывшему хозяину. Давай сюда шапку, она теперь вон того мужика!
Ийка убрав руки за спину, на всякий случай попятилась в сторону Михалыча. Зал зашёлся в гомерическом хохоте!
— Это кидок! Развели лоха на зелень! — послышались выкрики с разных сторон.
— Отдай им эту сраную шапку, дура! — рявкнул тренер.
Ийка остановилась, как вкопанная и потянулась обеими руками к голове.
— Ты сначала деньги возьми, глупая! — тут же посоветовал кто-то с первых рядов, и постепенно в зале стало тихо.
Девушка спокойно забрала деньги, передала их тренеру и снова подошла к цветному, который уставился на неё с немым вопросом. Она засунула под Балаклаву обе ладошки, прикрыв себе лицо и скомандовала:
— Снимай!
Тот сдернул шапку и зал дружно охнул, в ожидании зрелища, а потом она, молча, развела руки в стороны, и медленно поворачиваясь вокруг своей оси, широко улыбнулась сине-зелеными губами. Народ сначала разочарованно вздохнул, не увидев настоящей внешности девушки, но потом, видимо по заслугам оценив маскарад, забился в самом натуральном оргазме.
— Зомби, зомби, зомби… — слышалось с разных сторон.
— Официальное прозвище бойца номер семь — Зомби!!! — проорал в микрофон ведущий.
А девушка тем временем, заметив машущего ей рукой Михалыча, тут же рванула к нему и они оба по зарешеченному коридору поспешили на выход.
Через пять минут тренер уже завел машину, а ещё через пару минут они миновали шлагбаум.
— Твою же в Бога душу мать её бл…, - такого витиеватого нагромождения ненормативной лексики девушка ещё не слышала.
Она сьёжевшись сидела на заднем сиденье и пыталась слиться с окружающей обстановкой.
— Ну вот что мне с тобой теперь делать? Хотел незаметно проскользнуть, дебил!