Их взгляды встретились и Ольга Марковна буквально оторопела: столько боли, отчаяния, безнадёги и разочарования было в этих, по сути, детских глазах, что у неё реально от ужаса на голове зашевелились волосы. Создалось такое впечатление, что она заглянула в такую ямину, из которой можно было вообще не выбраться. Женщина схватила эти худенькие плечики и с силой прижала к себе:
— Ну-ну-ну, девонька, что ж ты так себя изводишь, этим же ты никак горю то не поможешь, мальчишек вон голодом всех изморила, и не стыдно тебе, давай-ка миленькая, приходи в себя, кроме тебя твои дела никто не сделает…
Девчонка вдруг захлюпала носом подвывая, а значит, приходя в себя, а затем уже хоть и горько, но заплакала чисто по женский, полностью возвращаясь душой в этот грешный мир. Через пять минут она уже мирно спала на руках у женщины. Как раз вовремя вернулся Кацель.
— Слушай Марик, организуй-ка мне сюда специалистов, я хочу на счет девочки дать кое какие рекомендации. И каталку, не на руках же её нести.
Через некоторое время нарисовались два санитара с каталкой и совсем молоденькая девушка, но с очень умными и внимательными глазами.
— Вы видите этот уставший, израненный и измученный молодой организм?
— Да, — понятливо улыбнулась девушка.
— Она мне нужна живая, адекватная и по возможности без видимых повреждений. Справитесь?
— Не обижайте нас, Ольга Марковна, мы ещё не на такие чудеса способны.
Женщина благодарно улыбнулась, лично она видела эту сотрудницу в первый раз, но та её знала. Было приятно.
— Ну, извините, конечно, когда ждать результат?
— Завтра, в течении дня, точнее можно будет сказать после детального осмотра.
— Меня устраивает и этот ответ.
Спящей Ийке тут же вкололи что то в вену и переложив на коляску увезли в дебри помещения.
— Очень необычная девушка, доложу я тебе, сиротка говоришь… — задумчиво сказала Ольга Марковна, — Ну что, пойдем, навестим старого хитреца Гройсмана?
Глава 37. Они что, родственники?…
У Иркутской группы товарищей пятница практически выпала из жизни, и когда они уже по сути дела к вечеру все очнулись и созвонились, то был уже конец не только трудового дня, но и трудовой недели. Кулуарно посовещавшись и получив разрешение от Ольги Марковны с Катериной, Глеб все же решил задержаться до понедельника, а выходные посвятить поездке на Байкал в село Култук, где заодно показать все местные прелести Левитскому. Тем более, что у них в полном распоряжении был такой шикарный гид, как Михаил на своем белом, огромном жеребце, под названием Форд-Пикап F-Series Super Duty, который они ему в свое время и подарили. Правда не просто подарили, а подарили за дело, но это уже были детали, как говорится, хорошему человеку и просто так не жалко. Было предложение отправиться на катере, но Левинский отказался, заявив, что катера у него стоят уже поперек горла. Когда уже туристическая группа практически собралась трогаться в неблизкий путь, к ним неожиданно для всех, ну кроме Левинского, он, её втихую и пригласил, присоединилась Клавдия Спиридоновна, которая оказалась ходячей местной энциклопедией, придав их поездке экскурсионно-познавательный характер.
Стас с Ларисой, проснувшись практически к вечеру пятницы, сгоняли в ближайшую к дому кафешку, плотно поужинали, прилично снабдив закуску алкоголем, и опять завалились в койку, но теперь уже с другими намерениями. В субботу утром от экскурсии они отказались, и решили все-таки доделать целую кучу скопившихся недоделанных Ларисиных домашних дел. Сама Лариса, которая последнее время жила в постоянном напряжении из за сирот, теперь испытывала чувство, что она куда-то должна съездить, что то проверить, проконтролировать и убедиться лично. Несколько раз она пыталась позвонить Ие и узнать, как там у них дела, но девушка была недоступна. Тогда она вцепилась мертвой хваткой в посмеивающегося над ней Стаса, и не отцепилась, пока тот не позвонил Ольге Марковне и не передал ей новости, что все хорошо, мальчишки доверены Катерине, а сама девушка отсыпается после трудных дней и долгого перелета. Олегу сделали несколько операций, сейчас он в искусственной коме, восстанавливается и подготавливается к последующему лечению. После этого Стасу было предложено покушать и выпить, но уже дома. Внутри Ларисы проснулся шеф-повар и она захотела порадовать любимого.