– Как ты себя чувствуешь? – спросил у него Мэтт, сразу же прочувствовавший, что что-то не так. Иногда казалось, что у него есть рентгеновское зрение, и этот парень правда видит все насквозь. – Идешь сегодня в «Виктори»?
– Придется, – равнодушно ответил Диего. – Я же обещал, что помогу, к тому же мне позарез нужны деньги.
– Понимаю. Если хочешь, я могу подвезти тебя сегодня вечером.
– Нет, спасибо, не надо, я приеду сам, – сказал он, на что Мэтт не стал возражать.
Диего думал, что настроение улучшится, приди он домой и отведай свежевыпеченного пирога, который обещала сделать мать сегодня вечером, но, оказавшись в квартире, он понял, что ему стало только хуже. В квартире было темно, холодно и пусто, пирог отсутствовал, а мать задерживалась на работе.
«Да что ж ты будешь делать! – гневно думал он, роясь в шкафу в поисках подходящей одежды на выход. – Не день, а сплошное разочарование».
Он доставал из шкафа одну вещь за другой и скидывал их в одну, потихоньку растущую горку на кровати. Только сейчас он вдруг осознал, что ему нечего надеть. Ну, точнее, надеть-то было что, но эти вещи выглядели такими заношенными, что Диего было неудобно показываться в них на людях. С сожалением он взглянул на «Финансиста» Драйзера, в чьих страницах была спрятана подаренная Мэттом карточка. Если бы он вспомнил о ней раньше, то мог бы прикупить себе что-нибудь приличное. Он перевел взгляд с книги на шкаф и приметил в углу полки как попало скомканную рубашку, которую ему также любезно подарил Мэтт. Диего сморщился. Ну и позорище, до сих пор неприятно вспоминать о том дне рождения. Вытащив рубашку, он повертел ее в руках, чтобы еще раз убедиться, что она выглядит в разы лучше любой его одежды. Пришедшая в следующую секунду мысль смутила его: нет, надевать эту рубашку на танцы рискованно, что если Мэтт узнает ее? Будет очень неловко. Плюс, она ему велика. С другой стороны, если закатать рукава, заправить ее в штаны, а сверху скрыть ее под… Диего снова поморщился. Жилеткой. Он терпеть не мог жилетки в отличие от Людмилы, которая с самого детства постоянно норовила одеть его в жилетку вместо пиджака.
«Тебе очень идет! – приговаривала она, готовя его в первый класс. – Даже больше, чем твоему папе!»
Это было роковой ошибкой. После этих слов Диего и начал ненавидеть жилетки всей душой. А также школьную форму, в которой верхняя часть костюма считалась для мальчиков обязательной.
Он вздохнул. Выбора у него все равно особенно не было. Либо нормальная рубашка плюс жилетка, либо его страшные, поношенные рубашки без жилетки. Надо выбирать меньшее зло.
К началу танцев он опоздал. Сначала ему пришлось мириться с необходимостью ненавистной жилетки, потом выслушивать от пришедшей в последнюю минуту матери, как он все-таки хорош в ней, а напоследок он долго возился с фордиком. Машина упорно не хотела заводиться. Выйдя из салона, Диего встал перед капотом и громко сказал, как если бы фордик мог что-то понять:
– Имей в виду, я упертее, чем ты, и так просто не сдамся. Работай давай!
После этого машина завелась, за что Диего погладил ее по сидению и мягко произнес:
– Вот сразу бы так. Человек против машины – один-ноль, прости, Скайнет, не сегодня.
В «Виктори» было шумно. Даже слишком. Обычно в кафе царила достаточно спокойная атмосфера, но сегодня был необычный день. Лонг-Райт, пользуясь панибратскими отношениями с владельцем кафе – бывшим студентом NYSMEF, арендовал его за полцены и был невероятно доволен собой. Сам владелец тоже находился в приподнятом настроении: он отпустил по домам всех своих официантов, что означало неплохую экономию на их зарплатах. Вместо них пусть работают студенты-волонтеры, согласившиеся весь вечер бегать туда-сюда за какие-то нищенские пять долларов в час.
– Отлично выглядишь! – встретила Диего на входе Эмма. – Ты немного опоздал, так что вливаться придется сходу, инструктаж ты пропустил. Но если вкратце, то не соваться в центр танцпола, не грубить студентам и разносить всем воду. Ясно?
– Так точно, мисс, – отчеканил Диего и по указу девушки направился к барной стойке. Получив в свое распоряжение поднос с напитками, он пошел по стенке, предлагая всем встречным освежиться. Народу и правда было много. Казалось, что «Виктори» едва вмещает в себя всю эту толпу.