– Может, тебе чаю? Или кофе? – участливо спросил тот. Он и сам был не против немного взбодриться с утра.
– Да плевать, – откровенно сказал Ал. – Лишь бы побыстрее.
– Понял, – Диего схватил с полки первую попавшуюся кружку и набрал в нее воды. – Прошу.
Ал принял кружку, кивнул в знак благодарности и залпом опустошил ее наполовину.
– Так что за длинная история с тобой приключилась, что ты ко мне пожаловал?
– А, это, – он махнул рукой. – Временные жилищные трудности. Дело в том, что старушка Ортега, наша арендодательница, собралась проводить дезинсекцию и попросила нас с Алонсо съехать на пару недель. Не знаю, что это ей вдруг в голову ударило, так как лично я ни разу не видел в ее доме ни одного вредителя, но не буду ж я с ней спорить, тем более что она клялась, что ей очень жаль нас выселять, – он сделал еще один глоток. – Алонсо-то сразу нашелся, куда ему податься. Ты вообще знал, что он, оказывается, встречался все это время с девушкой? – Диего отрицательно покачал головой. – Вот и я не знал! А ведь он мой сосед... Короче, он решил пока поселиться у своей второй половинки, а я... А я вспомнил о тебе. А потом о Лемье. Но к нему было как-то стремно идти, особенно после той рождественской бузы, и я все-таки остановился на тебе, потому что в тебе я уверен и знаю, что ты не оставишь меня в беде.
Ал с просьбой в глазах уставился на Диего.
– Ну, я... – неуверенно протянул тот. Отказывать Алу было полным свинством, но с другой стороны он ведь жил в квартире не один. Если бы не Людмила, он бы согласился, не раздумывая, а так есть риск, что она будет против. Впрочем, даже если и не против, что при ее уступчивом характере вероятнее, в квартире просто физически нет места для еще одного человека. Даже лишнего спального места не найдется.
– Ты моя последняя надежда, – перебил размышления невеселый голос Ала. – Мне кроме тебя некуда идти. Разве что под мост ночевать.
– Ну, это да, мост после джакузи в пентхаусе – это своеобразная деградация, – усмехнулся Диего, смотря в мутное кухонное окно. – Ладно, оставайся. По крайней мере, до вечера, а там придет моя мать и решит твою дальнейшую судьбу. Ну, ты сам понимаешь, кто налоги за жилплощадь платит, тот и решает.
– Справедливо, – Ал согласно кивнул, после чего, недолго думая, схватился за свои, оставленные при входе вещи. – Я тогда это все в твою комнату перетащу, bien? [5]
– Угу, – согласился тот. – Нда, нам бы сейчас уж точно не помешал пентхаус. Там бы попросторнее было.
– Может, таки напроситься к Лемье на передержку или это на грани возможного?
– Скорее второе, хотя бы потому, что Мэтта нет в городе, и он при всем желании не сможет помочь. Он улетел в Канаду, но обещал вернуться.
– Он что? – Ал прищурился, ставя рядом с кроватью чемодан. – Уехал посреди семестра? Но зачем?
– Не знаю, – честно ответил Диего, снова чувствуя вину за все случившееся. – Но вроде как это что-то ужасно важное. Что-то, что намного важнее учебы.
– То есть буквально все, – Ал упал на кровать, раскинув руки в стороны. – Свалил, а пентхаус, получается, как раз пустует. И нет бы дать своему лучшему другу Алу ключик на хранение, чтобы ему там спокойненько перекантоваться и не ходить по знакомым как брошенная на обочине шалава. Я б так был рад, так рад!.. Жопа. Прямо натуральная хитрая жопа этот ваш Лемье.
– Насчет натуральной я очень сомневаюсь, – отметил Диего, чувствуя, как горят щеки. – Но в остальном не могу не согласиться.
Ребята рассмеялись. Вообще, если подытожить, то весь оставшийся день они только и делали, что смеялись по разным поводам. То Ал рассказывал какую-то дурацкую шутку или историю из жизни, которую даже не сразу можно идентифицировать как реальную, то Диего, пытаясь выиграть у него в приставку, в жажде победы чуть не валился с дивана, то попадалось на глаза что-то такое, к чему ни тот, ни другой не имели прямого отношения, и от чего у обоих начиналась неконтролируемая истерика. Как, например, фанфик, ссылку на который скинула Диего в твиттере какая-то незнакомая девушка из NYSMEF.
«Я нашла это сегодня и хочу, чтобы ты это прочитал», – интригующе пестрела надпись рядом с ссылкой.
– Рискнем? – скосил глаза на Ала Диего.
– Кто не рискует, тот не пьет шампанское, а я пью, и не только шампанское, значит, обязан рисковать, – протараторил тот. – Если что, я буду героически терпеть и храбро прикрывать глаза ладошкой.
Однако на героическое терпение его хватило ненадолго.
– Мы остались в комнате одни, – с придыханием, едва сдерживая слезы, вслух зачитывал Диего. – Свет слабо освещал ее, но все равно этого освещения хватало, чтобы подчеркивать сверкающие, как тысяча бриллиантов, глаза Мэттью. «Ты сегодня просто сногсшибательно выглядишь, – слова заставили меня задержать дыхание, я едва находил в себе силы продолжать дышать дальше. О боже, неужели… – Я едва борюсь с желанием запереть нас здесь, прижать тебя к стене и хорошенько оттрахать». Мэттью устремился ко мне. Его взгляд явственно ощущался мной, и я вздрогнул, в животе порхали бабочки. Боже, как он прекрасен…