С отъезда Ала прошла всего неделя, но Диего до сих пор не находил себе места. Учеба еще не успела начаться, гулять в одиночку не хотелось, а оставшимся в городе друзьям было не до прогулок, поэтому скука, грусть и апатия втроем завладели его разумом. Он пытался занять себя чем-нибудь: чтением, просмотром фильмов, играми, выполнением мелкой домашней работы, сидением в сети, попытками дозвониться хоть до кого-то, но ничего не приносило ему настоящего удовольствия. Все вокруг напоминало ему об Але, времени проведенном вместе, как им вдвоем было весело, и как все вдруг резко оборвалось. От подобных мыслей хотелось лезть на стену. В отчаянии Диего решил было вернуться к своему основательно заброшенному блогу, но для того, чтобы снять видео, надо сначала придумать достойный сюжет, настроить освещение, а потом и, конечно же, улыбаться в камеру. Идти на такие жертвы сейчас он был не готов однозначно. Вот и сейчас, бестолково проводя очередной день, он закрыл вкладку с только что закончившимся мультиком и камнем упал на кровать. И почему он не персонаж мультфильма? Он бы тогда владел магией или суперспособностями, мог бы попадать в другие миры, сражаться со злодеями, спасать попавших в беду, переживать настоящие приключения, и уж точно ему не пришлось страдать от безделья и отсутствия занятий. И тем более он бы не сидел в одиночестве, ведь у любого героя есть верные друзья и соратники. Друзья, которые не уезжают непонятно куда, и соратники, которым всегда можно выговориться.
Диего резко поднялся. Именно этого ему сейчас не хватает – живого общения по душам, – и как же показателен тот факт, что стоило Алу исчезнуть с горизонта, общение исчезло вместе с ним. Ал был одним из тех немногих, с кем можно было говорить днями напролет, без перерывов и о чем угодно, но самое главное и лучшее его качество заключалось в том, что он всегда был на связи и являлся не меньшим болтуном, нежели Диего, так что выгоду в итоге получали оба. И вот теперь, когда Ал был временно вне досягаемости, а остальные не горели желанием проводить время вместе, Диего основательно приуныл. За последнюю неделю нахождение в компании исключительно собственной персоны ему порядком поднадоело.
Взяв в руки телефон, он на автомате набрал номер Мэтта. Несколько монотонных гудков в очередной раз сменились на не менее монотонный голос, вещающий о том, что абонент не хочет вам отвечать и, вероятно, вовсе знать не желает. Тяжело вздохнув, Диего отбросил телефон в сторону. Бесполезно. В последнее время до него вообще невозможно дозвониться, как если бы это была горячая линия справочного центра, а не личный номер Мэтта Лемье. На губах появилась проказливая улыбка. Хотя, если подумать, невелика разница.
Именно в этот момент в голову Диего пришла лучшая за день мысль. До Лемье в его жизни уже имелся один человек, вполне себе могущий сойти за ходячую энциклопедию, и по счастливой случайности он с этим человеком всегда хорошо ладил. Как раз хороший повод выйти на улицу, а то он основательно засиделся дома. Город встретил его неоднозначно: мелким моросящим дождем в лицо и теплом позднеавгустовского солнца одновременно. Накинув капюшон толстовки, Диего заспешил к стоявшему во дворе фордику. Ехать в центр на машине, пожалуй, не самая хорошая идея, но плевать. Сам факт того, что он сидит не в четырех стенах, а в салоне любимого фордика, радовал до безумия.
На Манхеттене, как и ожидалось, он встал в пробке, впрочем, ненадолго. Затор рассосался так же быстро, как и образовался. Удачно припарковав фордик на обочине дороги, Диего вышел на оживленную улицу и слегка растерялся. Мозг чуть было не отправил его на автомате в колледж, но он вовремя спохватился. Нет, сегодня конечная цель лежит в другом направлении.
В Старбаксе на 42-ой как всегда было уютно и пахло заварным кофе. Могли меняться сезоны, посетители, меню, но одно в этой кафешке оставалось неизменным – кофейный запах, манящий голодных и усталых посетителей с улиц. Диего, однако, сюда манил не только запах.
– Добрый день, – как только подошла его очередь, заговорил он, – я ищу Джонни Дольмора, он работает у вас бариста. Скажите, он сейчас на смене, или если нет, то когда будет?
– Понятия не имею, о ком ты говоришь, – ответила стоявшая за стойкой девушка. – Ты это, заказывать чего-нибудь будешь?
– Э-э, да, двойной латте, пожалуйста, – он протянул ей банкноту. – Погодите, в смысле понятия не имеете? Такой долговязый, худой, в огроменных очках, ходит еще смешно. Нет?
– Никаких идей, кем этот парень мог бы быть, – пожала плечами девица и передала Диего стакан с напитком. – Но если тебе так важен этот очкарик, то я могу позвать менеджера, она-то явно должна его знать.