– Так, ладно, а блог-то ты как нашел? – удивляться уже не было сил, но приходилось. – Он назван не моим настоящим именем, да и я его уже второй год не обновляю.
– Чистая случайность, – Мэтт пожал плечами. – Кажется, мне о нем Клеменс проговорился. Неважно. Важно то, что все эти детали, вроде наличия блога, интереса к определенному учебному заведению, способности к взаимодействию с разными людьми, открытости ко всему новому и азарта от поиска точной и правдивой информации, показывают, что ты вполне себе прирожденный журналист, по какому-то стечению обстоятельств оказавшийся в NYSMEF. – Он указал на себя. – Поэтому я в свою очередь, как хороший финансист и не менее хороший друг, решил, что это недоразумение нужно исправить. Отныне ты – студент Нью-Йоркской Школы Журналистики, и я надеюсь, что твоя мечта стала чуть ближе к реальности.
Он ободряюще похлопал Диего по плечу, увидев, что тот спрятал лицо в ладонях.
– Это на самом деле будто сон наяву, – услышал Лемье его приглушенный голос. – И я не могу его принять. Я никогда даже не заикался о Школе, потому что стоимость обучения там равна почти годовой зарплате матери. Для нашей семьи это неподъемная сумма, но и для тебя это не гроши, и я не могу позволить тебе сделать мне такой подарок. Айфон, который я в итоге потерял, еще куда ни шло, но это уже перебор.
– Я так и думал, что все к этому сведется, поэтому заранее приготовил ответ. Во-первых, позволь мне распоряжаться моими средствами так, как мне вздумается. Каждый доллар, вложенный в твое обучение, заработан лично мной, так что если ты вдруг боишься за моего отца, то не стоит. Он не имеет к этим деньгам отношения. Во-вторых, потерять учебу на курсах будет намного сложнее, если только ты не пойдешь по стопам Диаза, и в-третьих, помнишь лекцию про стартапы? – Диего кивнул. – Инвестор никогда не знает наверняка, выгорит ли дело, он лишь видит в нем потенциал. Я вижу в тебе потенциал и хочу помочь его раскрыть. Я не делаю тебе одолжений, я никому и никогда их не делаю, лишь надеюсь, что в будущем мои вложения окупятся, и сделка окажется взаимовыгодной. Понимаешь? – снова неуверенный кивок. – Ну вот и отлично. Я надеюсь на тебя.
Мэтт встал с кровати и медленно подошел к двери, на ходу надевая пиджак.
– Пока бюрократический вопрос не оформлен, ты формально не числишься студентом, а, значит, в любой момент твое место может отобрать любой другой более проворный и инициативный человек, так что, если не хочешь, чтобы такое случилось, предлагаю встретиться завтра в полдень перед входом в главный корпус. Чем скорее мы решим этот вопрос, тем лучше будет для нас обоих и тем скорее я смогу улететь в Чикаго.
– Что? – из состояния безграничного счастья Диего опять провалился в безрадостное уныние. – И ты уезжаешь?
– По работе, – Мэтт скрестил руки на груди. – Меня и так уже с прошлой недели ждут не дождутся в офисе TechGames: нужно решать организационные вопросы, запускать проекты и искать свежую геймдевелоперскую кровь, короче говоря, работы невпроворот, так что какое-то время меня здесь не будет… – он задумчиво почесал подбородок. – Думаю, где-то до ноября точно.
– Ясно, понял, – удрученно заключил Диего. Перспективы вырисовывались не самые радужные. Все друзья вот-вот разъедутся, и он останется один. Снова.
Первая неделя учебы была прогуляна, и впервые за все время обучения в NYSMEF Диего чувствовал, что его это абсолютно не волнует. Не волнует, чем это может закончиться. Не волнует, что об этом подумают преподы и однокурсники. Просто все равно. Отныне его намного больше занимало нечто другое – Нью-Йоркская Школа Журналистики.
Конечно, все было бы иначе, если бы не Мэтт, но так сложилось, что последние несколько дней все внимание Диего было приковано именно к ней. Он с нетерпением ждал начала занятий, отсчитывал дни и упорно игнорировал тот факт, что вообще-то теперь он учится в двух учебных заведениях. Он бы и вовсе об этом не вспоминал, если бы NYSMEF периодически не напоминал о себе чем-то вроде добавления в общую группу колледжа в Фейсбуке или отметками в Твиттере от тех девиц, что все еще продвигали идею Мэттиего – именно так они обозвали их с Мэттом пару – в массы и никак не могли этим переболеть. В остальном же его никто не трогал. До одного момента.
Тогда Диего, как обычно, не подозревая подвоха, зашел в свой аккаунт и тут же стал больше похож на снег, нежели на живого человека. «Осталось семь дней», – прочитал он в самом верхнем посте, написанном, что особенно пугало, от его лица. Немного успокоившись, он подумал, что возможно случайно скопировал какой-то момент из вчерашней статьи, посвященной выходу нового фильма про супергероев, и вставил это в окошко для поста, а потом каким-то образом нечаянно его опубликовал, но такая версия даже с учетом его косорукости казалась бредовой. Усложняло ситуацию еще и время публикации, которое ну никак не совпадало с тем, когда он читал ту статью. Он в принципе в это время был не онлайн, а занимался перечиткой комикса, по которому и делали фильм, чтобы потом в кинотеатре громче всех кричать о том, что в оригинале все совсем не так.