– Я… – тот застопорился. Ну не скажешь же, что Ал, похоже, в самом деле попал Тодду тогда ножом по руке, и они, жутко испугавшись, решили просто замять это дело. Но карма ничего не прощает, и именно поэтому он сегодня здесь. – Я испугался. Испугался, что заяви я, меня начнут искать, пугать и шантажировать. Кто же знал, что так получится в любом случае.
– Да уж, в знатное дерьмо ты влез,– инспектор, потянувшись, встал со стула. – На сегодня я тебя отпускаю, но, боюсь, по протоколу придется еще не раз заглянуть в участок для составления бумаг по делу. Оставь мне свой номер вот здесь, – он вытащил из внутреннего кармана плаща ежедневник и ручку. – И еще раз прошу прощения за нервотрепку, нечасто такое случается, поэтому, честно, не знаю, что могу тебе предложить в качестве моральной компенсации.
– Ну, есть кое-что, – Диего неловко улыбнулся, указывая на кофейный автомат. – Можно я возьму себе кофе?
Едва ли находилось слово, идеально описывающее нынешнее состояние Диего, но наиболее точным было бы «страдать». Источник страданий заключался в одном – он не справлялся. Учеба в Школе началась всего неделю назад, но уже сейчас, в начале октября, хотелось бросить все, зарыться под одеяло и ждать рождественских каникул, а на случай, если вдруг кто-то начнет прикапываться с тем, что он должен и обязан, начинать истошно рыдать, как младенец.
Учиться на два фронта оказалось не просто сложно, а архисложно. Как если бы жизнь была игрой, и ты бы выбрал самый сложный уровень и сразу же пошел на босса, толком не прокачавшись. Он корил себя, свою нерешительность и глупость, за то, что так и не смог покинуть NYSMEF, но при этом одновременно гордился своим решением и считал, что все-таки поступил правильно, по совести. В общем, продолжал качаться на качелях сомнений и усиленно грызть гранит науки, тем более что, честно-то говоря, не колледж доставлял большую часть проблем…
Все началось в первый же день занятий. Вновь ощущая себя наивным и счастливым первокурсником, Диего на всех парах несся в Школу, надеясь получить тот самый заряд позитива и услышать тысячу и одну приветственную речь, но в итоге получил лишь ступор и разочарование. Тут не толпилась куча студентов при входе, не наблюдалось доброжелательных старшекурсников, объясняющих новичкам, куда идти и что делать, не висели приветственные баннеры, и даже не проводилась официальная часть, где можно было бы послушать наставления ректора и профессоров. Ничего из того, к чему он привык в NYSMEF, здесь не было, поэтому в первый же свой день в новом учебном заведении Диего был полностью предоставлен сам себе. К счастью, имея некоторый опыт, он не потерялся в вереницах коридоров и кабинетов и вовремя попал на свою первую лекцию. Зайдя в аудиторию, он ненароком завис на входе, осматривая просторное, но уютное помещение. Оно представляло собой полный хай-тек. Отделанное в светлых, приятных тонах, оно переплетало в себе красоту геометрии, прямых и кривых линий, а также современных технологий, идеально вписывающихся в неброский интерьер. Мечта минималиста – так окрестил про себя этот дизайн Диего.
Ступая по белоснежным ступеням, ведущим к верхним рядам, он чувствовал себя если не принцем из сказки, то, как минимум, звездой на красной дорожке. Он поднялся примерно до середины, когда понял, что все это время смотрел себе под ноги, а не по сторонам, пытаясь найти свободное местечко. Диего еще раз осмотрелся. Удивительно, но очень многие предпочли сесть отдельно ото всех, а соседние места они заставляли своими вещами, чтобы их никто не занял. Такие прореши наблюдались в каждом ряду, и те, кто, как и Диего, еще не успел найти себе пристанища, даже не пытались в них обосноваться, наоборот они создавали новые, и найти полностью свободный ряд с каждой секундой становилось все сложнее. «Может быть, это из-за того, что здесь учащихся в разы меньше, чем в NYSMEF», – предположил он, наблюдая, как по правую руку от него смеются две девчонки. На фоне остальных студентов, залипающих в лаптопы, уныло разговаривающих по телефону или скучающе осматривающих класс и находящихся в нем будущих сокурсников, эти двое казались чересчур эмоциональными. Диего улыбнулся, и именно в этот момент одна из девушек случайно бросила на него взгляд. Ей хватило пяти секунд, чтобы оглядеть его с ног до головы, вернуться к разговору и рассмеяться то ли над чем-то, о чем они говорили раньше, то ли над ним. Улыбка тут же пропала. Отвернувшись, он продолжил подъем. На его счастье последний ряд оказался пустым за исключением одного белобрысого парня, сидящего в самом углу и будто бы нетерпеливо постукивающего бледными худощавыми пальцами по светлой столешнице.