– Я бы на твоем месте не был так категоричен, кто знает, что уготовлено нам в далеком будущем, – Мэтт потянулся за кейсом, в котором лежал макбук. – К счастью, что предстоит в ближайшем будущем известно достоверно, так что я рекомендовал бы тебе изучить требования к статье, техническое задание, схему стендов и расписание панелей. На протяжении трех дней тебе предстоит документировать панель TechGames, но в свободное время ты предоставлен самому себе, так что мой тебе совет – составь собственное расписание дня: куда сходить, что посмотреть, где засветиться, – Диего, переняв макбук, кивнул. – И да, вероятно, я буду тебя немного отвлекать, но мне тоже нужно подготовиться. Заранее прошу прощения.
И правда, за время полета до него периодически долетало глухое бормотание, но ему не удалось различить и слова – Мэтт говорил сам с собой на французском.
По прилету же, стоило им обоим сойти по трапу, Лемье разом посерьезнел. Его движения стали более резкими, а решимость в глазах – различимее.
– Отлично, мы прибыли как раз вовремя, – сверился с собственными часами он. – Сейчас четыре часа восемь минут.
– Четыре? – Диего удивленно посмотрел на экран айфона. Тот показывал семь вечера.
– Верно, советую перевести время прямо сейчас, пока ты окончательно не запутался. Минус три, если что, – предусмотрительно подсказал ему Мэтт, высматривая что-то вдали хайвея. – Черт, где же водитель? Просил же приехать заранее. Я что должен ждать, рискуя опоздать на пресс-конференцию?
Он провел тыльной стороной ладони по лбу, приговаривая, что жаркая нынче погодка, и, помедлив, снял с себя бархатный, изумрудного цвета пиджак. В тот же момент Диего вдруг поймал себя на мысли, что уже несколько минут бесстыже пялится на него и поспешно отвернулся. Все-таки Мэтт невероятный человек. Как ему с такой легкостью удается держать планку? До их знакомства Диего казалось, что жизнь бизнесмена – это что-то на грани реальности, и он сам ни за что не выдержал бы такого темпа жизни, но вот ему подвернулся шанс проверить себя, в который до сих пор тяжело поверить.
Мэтт продолжал нервно топать ногой, а Диего все думал о том, что, возможно, он здесь лишь потому, что ему решили показать пределы его возможностей. Не выложи он тогда все, что накопилось на душе, все про его неспособность соответствовать, его бы тут не было.
– А вот и он! – возвестил о прибытии личного водителя Мэтт. – Что ж, приятного нахождения в Лос-Анджелесе, Диего, надеюсь, ты доберешься до города без происшествий, и завтра я увижу тебя среди репортеров в добром здравии и отличном расположении духа.
– В смысле? Разве...
– О, нет, – он даже не дал закончить вопрос. – Сейчас я еду на пресс-конференцию, а твоя помощь сегодня не нужна, так что здесь наши дороги расходятся, тебе придется добираться самостоятельно.
– Но я… Я впервые в этом городе, я не знаю, как доехать отсюда до центра, и вообще я даже не знаю, где тут такси ловить... у меня и денег толком нет…
– Точно, хорошо, что ты напомнил, – уже сев в приехавшую машину, Мэтт опустил окно, чтобы передать Диего пластиковую черную карту и свернутую вчетверо бумажку. – Это моя кредитка и код от нее, разрешаю тебе пользоваться ей, но только в случае необходимости и по делу, – он нахмурился. – Поверь мне, я в момент узнаю, если что-то не так, и мне не составит труда ее заблокировать.
– Да я даже и не думал! – Диего тут же сунул карту в карман клетчатой рубашки. – Честно!
– Я надеюсь. Не подведи мое доверие во второй раз.
Сказав это, Мэтт поднял стекло, и теперь в темной поверхности отображалось лишь лицо Диего, выражающее одновременно целый спектр разномастных эмоций.
До Лос-Анджелеса повезло добраться автостопом. Компания веселых ребят, завидев его, голосующего на трассе, смилостивилась и подобрала, после чего долго и упорно расспрашивала о жизни.
– И откуда ты будешь? – поинтересовался водитель, темнокожий парень с дредами.
– Из Нью-Йорка, – зажатый на задних сидениях между двумя другими ребятами Диего чувствовал себя килькой в банке.
– У меня кореша недавно оттуда вернулись, – прохрипел парень слева. От него несло крепким табаком, и от этого запаха на глаза наворачивались слезы. – Сказали, та еще дыра. Прикинь, выходишь на улицу, а там, куда ни глянь, небоскребы. Тут небоскреб, там небоскреб… так и свихнуться недалеко.
– Это только на Манхеттене так, – парировал Диего, сам не зная зачем. Спорить с этими ребятами не стоило, вдруг еще выкинут посреди дороги. – В Бруклине уже по-другому.