Диего же, распираемый любопытством, не мог больше ждать. Разорвав прозрачную упаковку, он вытащил слегка намокший календарь и, перевернув первую же страницу, увидел, что страница с февралем оторвана. Все остальные месяцы оставались на месте. Он убедился в этом, пролистав календарь до конца. Единственная же подсказка была выведена на обороте аккуратным, каллиграфическим почерком: «Только человек, продавший его, знает точную дату твоего падения. Тебе осталось лишь назвать ему пароль. Итак, твои последние слова?»
– Ублюдок, – вырвалось в сердцах. – Сколько можно! Это невыносимо…
– Ничего, – Мэтт успокаивающе похлопал его по плечу и забрал находку себе. – Тебе и правда стоит отдохнуть, все эти загадки кого угодно сведут с ума. Просто расслабься и забудь обо всем, Диего, ты заслужил, ведь твоя помощь была по-настоящему неоценима.
– Что ты имеешь в виду? – нахмурился тот.
– Что дальше я буду заниматься этим самостоятельно. Пойми, человек, затеявший эту игру, действительно может быть опасен, и я не хочу, чтобы…
– Слава досталась кому-либо, кроме как тебе? – взъелся Диего. – Отлично придумано, заставить меня помочь с разгадыванием, чтобы потом явиться к мистеру незнакомцу и сказать, что все его загадки были полнейшей легкотней. Мы проделали весь этот путь вместе, и я хочу увидеть, чем все закончится, своими глазами.
В порыве гнева он не заметил, как навалился на друга, заставив того балансировать в неудобной позе.
– Что бы ни поджидало нас в конце, мы окажемся там вместе, пообещай мне, – он сделал два шага назад. – И прости, пожалуйста, я не со зла накричал… Нервы ни к черту.
– Поэтому я и предложил тебе отдых, – тихо произнес Мэтт. – Но раз ты так хочешь продолжать, то, – он тяжело вздохнул, – обещаю. И, к твоему сведению, я никогда бы так не поступил.
Напоследок кинув на Диего взгляд полный сомнений, он вызвал Форда и, когда тот подъехал, сел в машину.
– Тебя подвести? – повис неловкий вопрос облачком пара. Дверь авто призывно оставалась открытой.
– Нет, не надо, сам доеду, – послышался хлопок, и БМВ, шурша шинами, укатила вдаль.
Смотря ей вслед, Диего и сам не понимал, что на него нашло. Очередной нервный срыв, вот до чего он опять себя довел.
Следующие пару дней они с Мэттом не общались. Что даже к лучшему. Им обоим нужен отдых, а не только ему, в первую очередь друг от друга. Перед тем, как вплотную взяться за тайну календаря, есть время перевести дух, выпустить пар, обдумать случившееся и предусмотреть все, чтобы в будущем не допускать подобных просчетов. Впрочем, расставить все точки над i он все равно не успел.
– Ты еще не передумал? – нагнал его Мэтт по дороге в кафетерий. – Я имею в виду…
– Да понял я, – ответ получился чересчур грубым. Спокойствие, только спокойствие. Он будет сильно сожалеть впоследствии, если потеряет такого друга, как Лемье. – Не передумал.
– Похвально, – холодно произнес Мэтт. Кажется, дурацкое поведение Диего его все-таки задело. – Выдвигаемся сегодня. Я узнал, где покупали календарь. В маленьком киоске в Бронксе, на упаковке был адрес.
На упаковке, которую Диего чуть не разодрал в клочья. Стыдно…
Дождавшись конца пар, они быстро собрали вещи, оделись и поехали в Бронкс. За все время поездки никто из них не сказал ни слова. Обстановку попытался разрядить Форд, пошутивший про ни с того ни с сего повысившийся уровень интереса к городу у своего нанимателя, но тот даже не улыбнулся. Диего тоже было не до шуток, их дружба трещала по швам, а все из-за него, из-за его неспособности держать себя в руках. И ведь с Алом в прошлом году было абсолютно то же самое, но и к граблям он, к великому сожалению, тоже обычно слеп.
Выйдя на невзрачную улицу, по обочинам которой валялся мусор и горки грязного снега, Диего поежился. Больше чем Брайтон он не любил только Южный Бронкс. Мэтт же на градостроительные особенности района не обращал ни малейшего внимания. У него была цель, и он шел к ней. Цель эта – небольшой магазинчик с покосившимся баннером над входом, вещающим о том, что здесь можно приобрести печатную продукцию, сделать фото на документы и даже заказать услуги графического дизайнера. Сто в одном, в общем, характерно для бедных районов. Переступив порог киоска и услышав противный звон подвески, Диего осмотрелся вокруг. Железная вешалка при входе, чуть поодаль табуретка, стоящая на фоне белой ткани, предположительно бывшей простыни. Сбоку висело маленькое зеркальце. С другой стороны разваливающийся стол, еще одна табуретка, ручка для записей и куча разбросанных журналов. А спереди, там, куда прошел Мэтт, стойка с кассой, за которой стоял разбойнического вида продавец-латинос. Лемье, не выказывая радости от нахождения здесь, положил свой дипломат на стойку и, раскрыв его, вытащил оттуда календарь. Он не сказал ровным счетом ничего, но продавцу, похоже, этого вполне было достаточно.