После этого она, чувствуя, что тоже вот-вот даст слабину, выбежала из номера.
Начало ноября ознаменовалось стремительно сменяющими друг друга черно-белыми полосами, похожими на матроску моряка. Диего страдал от двойственности даже больше, чем обычно. С одной стороны, то, что они помогли Нэнси и обезопасили ее жизнь и жизнь ее сестры, было определенно хорошей новостью. В последний раз, когда они видели ее в колледже перед отчислением, девушка улыбалась намного искреннее и свободнее, да и постоянное напряжение, сопровождавшее ее ранее, уступило место наслаждению каждым моментом. Как потом рассказал Мэтт, Нэнси с сестрой попали в программу защиты свидетелей и находятся в процессе смены личности и места жительства, после которого обе смогут начать все заново, не опасаясь преследования. С другой, происходящее в его собственной семье напоминало махровую трагедию, и с этим нужно было срочно что-то делать. Что именно, Диего не знал, и это не давало ему покоя и сил вылезти из очередной явившейся к нему с распростертыми объятьями депрессии.
– Дорогой мой, тебе срочно надо отдохнуть! – говорила ему миссис Дольмор за очередной чашкой чая. Теперь, когда ему было все равно, что в себя вливать, и вливать ли в принципе, он перестал отказываться от участия в ее вечернем ритуале чаепития. – Ты слишком много на себя взвалил, пощади свой организм. Это хорошо, что ты стремишься ни от кого не зависеть, но, пожалуйста, будь благоразумен. Не хочу, чтобы к моему возрасту ты был болячка на болячке! А ведь перегрузки именно к такому и приводят, к физиологической катастрофе!
Диего слушал ее, но не слышал. Ему было приятно, что о нем кто-то заботится, но какой в этом толк, если само его существование абсолютно бесполезно. А тот факт, что миссис Дольмор прочила ему прожить столько же, сколько она, казался смехотворно оптимистичным прогнозом.
В таком мерзопакостном настроении он проходил три дня, а на утро четвертого его прорвало:
– Все крайне хреново, я так больше не могу, – выдал он на простой вопрос Мэтта о том, как его дела. – Понимаю, тебе уже надоело вникать в чужие проблемы, но… мне кажется, я схожу с ума. И дело даже не во мне, а в моей матери. И в куче дедлайнов, с которыми мне не справиться. И еще во всех этих последних потрясениях. И я совсем не знаю, что мне делать.
– Естественно, – выслушав его, Мэтт улыбнулся, – потому что дело все же в тебе. Все, что ты сейчас назвал – причины переутомления, что значит, тебе нужно притормозить. Сделай паузу, дай себе расслабиться, переведи дух. Поверь, после даже небольшого, но качественного отдыха продуктивность взлетает к небесам.
Диего недоверчиво уставился на друга. Он практически точь-в-точь повторил мысль миссис Дольмор, разве что другими словами. Но о каком отдыхе может идти речь, когда все вокруг горит адским пламенем и катится в преисподнюю?
– Я и не говорил про каникулы на Мальдивах, – ответил на волнующий вопрос Мэтт. – Я про то, что нужно научиться оставлять работу, когда чувствуешь, что больше не можешь, и делать перерывы. Даже если работы много, а времени мало. Лучше дать себе пять минут на перекурить или выпить кофе и разгрузить мозг, чем сидеть и залипать над задачей следующие полчаса.
– Пожалуй, ты прав, как всегда, – сдался Диего, потирая руку. – С чего порекомендуешь начать?
– С поездки в Торонто, – самодовольно произнес Мэтт, наблюдая за раскрывшим рот Диего. – Вы с Эммой здорово рисковали, помогая Нэнси и мне, поэтому я решил, что должен отплатить вам той же монетой, так что приглашаю тебя, Диего, в семейный особняк на День благодарения.
– Я… – тот не знал, что сказать. Приятно, конечно, что его приглашают туда, куда в обычное время ему вход заказан, но… – Я бы и рад, но у меня нет ни времени, ни денег, ни настроения. Одна статья для Школы чего стоит, по-хорошему, я должен сидеть над ней днями и ночами. К тому же я не хочу портить вам с Эммой уик-энд… Честно, я сейчас не в самом лучшем состоянии, и вообще…
– Ого, целых три отговорки, – прервал его Мэтт, поочередно загнув три пальца левой руки. – Надо же. Ни одной убедительной, правда, но это даже к лучшему, есть, куда расти и над чем работать.
Диего нахмурился.
– Я серьезно, Лемье. Эта поездка мне не по карману.
– Быть может, но это не проблема, – уклончиво сказал Мэтт. – По крайней мере, не твоя уж точно. Я обещаю взять все расходы на себя. Считай это проявлением моей благодарности. От тебя требуется лишь согласие.