– Вашей зачетной работой станет статья, полноценная аналитическая статья, со всеми элементами и нюансами, присущими выбранной вами теме, формату и стилю. Подробности, касающиеся объема, сроков и требований к работе, будут оглашены чуть позднее. А теперь, пожалуйста, вопросы.
Но вопросов ни у кого не оказалось. Диего же имел на примете парочку моментов, требующих уточнения, но все равно руку не поднял. Не хотелось показаться полным дураком, плюс, скорее всего, все это будет упомянуто и разжевано в требованиях.
Всю пару, которую мадам Шик целиком посвятила повторению прошлых тем, он украдкой поглядывал на Никс и Берна. Почему же все-таки их дружок исчез, прихватив с собой только Мердока?
– Колитесь, где Джон? – подошел Диего к ним после лекции. – Его уже целый семестр не видно, что с ним?
Никс одарила его презрительным взглядом и проигнорировала, но вот Берн…
– Джон? Какой такой Джон? – он почесал лоб. – А-а, это который Рой, да? Так он же вроде как типа…
– Заткнись! – грубо перебила его Никс. – Мы не знаем, где он, отвали, Карлос.
– Да уж, конечно, – сложил руки на груди Диего. – Не стоит его покрывать, особенно когда один из вас чуть не проговорился. Глупо выглядит.
– Лучше один раз показаться глупым, чем быть таким на постоянной основе. Тебе не позавидуешь, тяжело жить без мозга, – прыснула Никс. – К тому же мы никого не покрываем, особенно этого предателя Роя, нам просто плевать, куда он делся.
– Ага, плевать! – упер руки в бока Берн. – Он нам не нужен.
Он с гордостью посмотрел на Никс, ища одобрения, но та лишь закатила глаза.
– Короче, проваливай, Карлос, и никогда больше с нами не заговаривай. У меня на таких деревенщин, как ты, аллергия.
И она, прикрыв лицо, прошла мимо. За ней, выпятив грудь колесом, потопал Берн. Проводив их взглядом, Диего пришел к неутешительным для себя выводам: он не выяснил ровным счетом ничего.
– Мадам Шик, – чуть позже окликнул он в коридоре преподавательницу, – простите, пожалуйста, но у меня есть к вам вопрос.
– Мистер… – она нахмурилась, будто вспоминая его фамилию, – Карлос, вопросы нужно было задавать на занятии.
– Это не касается статьи, – отрезал он. – Я хотел бы спросить про одного студента, Джона Роя. Скажите, вы не знаете, почему он вдруг перестал приходить на пары?
– А, Джон, – на лице мадам Шик, вечно строгой женщины, появилась улыбка, – он закончил экстерном. Блестяще написал все необходимые статьи и экзамены, смысла продолжать занятия ему не было. Очень способный студент, крайне рекомендую вам взять с него пример.
Услышав это, Диего воспылал гневом. Один из «блестящих проектов Джона» - это работа про Е4, написанная далеко не Роем. Интересно только, как он справился со всем остальным, если выпустился раньше. Получается, Джон не такой уж и бестолковый идиот, как Берн, а украденный проект – не что иное, как желание унизить Диего перед всеми. Рисковое желание, его могли поймать, и, возможно, он мог бы сделать более качественную презентацию, если бы взялся за нее сам, но он предпочел украсть чужое.
– Но зачем? – в задумчивости произнес Диего.
– Затем, что мистер Рой показывал результаты лучше ваших, – презрительно сказала мадам Шик, отчего ему тут же стало невыносимо стыдно за несвоевременные мысли вслух. – До встречи на экзаменах, мистер Карлос.
Выходя из Школы, Диего чувствовал себя кроликом, на которого вот-вот нападет удав, неуловимо шипящий где-то за ухом. Все это время Джон не пытался выехать за его счет в учебе, не пытался через него добраться до Лемье, поскольку добраться до него, как выяснилось, не так сложно. Нет, все это время его целью был сам Диего. «Это наше дело», – всплыло в памяти. С этих пор нужно быть начеку и не совершать глупостей.
А пока можно ограничиться тем, чтобы просто выговориться. Лучшим выбором в этом плане был Мэтт. Доехав до Астор-плейс, Диего шел по узким петляющим улочкам к дому, где с недавнего времени обосновался Мэтт, и думал, что уж от кого, а от Лемье он ожидал проблем с жильем в последнюю очередь. После инцидента в «Манхеттен Плаза» оставаться в пентхаусе было бы неправильно, поэтому Лемье-старший строго-настрого запретил сыну переступать порог отеля и уже готовился к возвращению того обратно в Торонто, когда на горизонте объявилась Вирджиния, мачеха Мэтта. Одному Богу известно, как именно ей удалось уговорить Жана Этьенна оставить Мэтта в Нью-Йорке, но, так или иначе, теперь он временно жил вместе с ней в Ист-Виллидж.
– Жизнь в пентхаусе была совсем другой. Раньше я редко задумывался о быте, уходил утром, ничего не трогая, а когда приходил, все было заправлено, убрано и начищено. Не говоря уже о еде. Мне приходится готовить. Самому, – пожаловался он пару дней назад. – К сожалению, у меня плохо получается, недавно я случайно спалил сковородку. Было очень неловко, но я оставил Верджи деньги на новую рядом с сервантом, надеюсь, она простит мне эту оплошность.