– Послушайте, – выдохнул тот, поднимая руки. Похоже, он готов был отступить. – Это все одно огромное недоразумение, клянусь. Вы правы, я познакомился с вашей матерью несколько месяцев назад, но я, упаси господь, не пытался ни грабить ее, ни калечить, ни тем более убивать. Нас связывали исключительно приятельские отношения, и я сам сейчас не нахожу себе места. Не могу поверить, что во всем случившемся обвиняют меня, и самое ужасное – мне никак не объясниться Людмиле, ведь я даже из дома не могу выйти…
Не успел он договорить, как Диего выставил вперед указательный палец и рыкнул:
– Не смейте, слышите, не смейте даже говорить о Людмиле, не то что подходить к ней! Вы заслужили ровно то, что заслуживаете! Хотя, будь моя воля, я бы не стал тянуть и уже сейчас запер вас за решеткой.
– Флаг вам в руки, – неожиданно спокойно ответил Бланко с пренебрежением. – Если лишить свободы невиновного – это то, чего вам так хочется, пожалуйста. Но я не уверен, сможете ли вы спокойно жить после этого.
– Если в этой комнате и есть невиновные, то точно не вы, – процедил Диего. – Против вас все улики, а Людмила сама узнала вас на дознании. Недолго вам осталось на свободе.
– Конечно, она меня узнала. Может быть, вы и страдаете амнезией, но она – нет, поэтому узнать во мне своего знакомого не составило для нее труда. Вы что, не узнаете своих друзей по лицу?
Со стороны лестницы снова донеслись торопливые, отчетливые шаги, словно кто-то бежал вприпрыжку. Не прошло и секунды, как с нее сошел парень, похожий внешне на Лотарио, но более молодой и менее отталкивающий. Он казался очень знакомым, но Диего все никак не мог понять, почему.
– Лотарио, я слышал крик, что происходит? – начал с волнением спрашивать он, что удивительно на английском, но вдруг осекся, уставившись на гостя. – Диего? Что ты тут делаешь?
– Я… – только и произнес тот, чувствуя себя словно простреленным насквозь. Он довольно долго смотрел на парня, пристально, изучающее и даже не скрывая своего интереса, но все никак не мог вспомнить, кто он. – Ты…
– Вижу, я был прав, с распознаванием лиц у вас действительно проблемы. Это Фредерик Бланко, мой младший брат.
– Мы учились в одном универе, – слабо улыбнулся парень. – Я Дред, мы познакомились на хэллоуинской тусовке несколько лет назад, помнишь? Там еще Нгози была. И Сьюзан. Ла-Нинья которая. Догоняешь?
И тут его осенило. Дред, Нгози, Хэллоуин… Парень, который прямо сейчас стоял рядом и мило улыбался, который учился на одном курсе с Нгози, который был диджеем на той тусовке и который роднился с человеком, чуть не разрушившим его жизнь, был одним и тем же человеком.
– Почему ты пришел? – продолжил расспрос Дред, который, впрочем, уже расплел свои дреды. – Я к тому, что сейчас не самое лучшее время для тусовок, у нас в семье небольшие проблемы, так что, боюсь, я пас.
– Я… – снова не нашелся, что сказать, Диего.
– Не переживай, Фредерик, – повел рукой Лотарио. – Ни на какую тусовку тебя никто не приглашает, да и если бы приглашали, я бы не разрешил тебе идти туда с этим человеком. Не хотелось бы, чтобы он устроил нам еще большие проблемы, нежели сейчас.
– В смысле? – непонимающе взглянул Дред на брата, а потом и на Диего. – Ты хочешь сказать, что… Нет, не может быть!
– Именно.
Дред выглядел шокированным. Мягко говоря. Вся доброжелательность и радость от встречи с давним знакомым исчезла вмиг.
– Диего, это правда? – голос его надорвался. – Это из-за тебя моего брата подозревают в каких-то там аферах? Как ты мог! Я думал, ты порядочный человек, а тут… такое… что мы тебе сделали, чтобы ты нас так подставил?
– Я… Я не подставлял, я…
– А как тогда это называется?! – всплеснул руками Дред. – Мой брат из-за тебя лишен права выходить из дома и работать, хотя он всю жизнь шел к этому! Он учился, зарабатывал себе авторитет, клиентскую базу, а ты все испортил!
– Но моя мать… – в очередной раз в исступлении повторил Диего. – Я хотел спасти ее.
– Что за бред, никто из нас ей никогда не угрожал! Более того, она сама просила у моего брата содействия! – возразил Дред. – Узнала, что он риелтор, и умоляла помочь ей подобрать новый дом. Я ведь прав, да? Ты еще говорил, что она упоминала Флориду, да?
– Да, – тяжело выдохнул Лотарио. – Я пообещал сделать все, что в моих силах, но для этого мне нужно было собрать некоторые документы. С ее разрешения, конечно же. Поэтому тот факт, что на них нашли мои отпечатки, неудивителен. Очень жаль, что Людмиле нездоровится, и она не может вспомнить то, что сама давала мне их. Что же с ней случилось? Инсульт с потерей памяти? Вроде как она жаловалась на недомогания и…