– Спасибо, господин прокурор. Таким образом, причастность подсудимого к отравлению потерпевшей подтвердить невозможно, – судья сделала паузу. – Обе стороны предоставили свои показания, полно и честно ответив на вопросы суда. Если ни одна из сторон больше не может ничего добавить, то слово предоставляется совету присяжных для вынесения окончательного решения по рассматриваемому делу.
– Ваша честь, господа присяжные заседатели, – поднялась со своего места на возвышении женщина и стала зачитывать то, что было написано у нее на листе. – Исходя из представленных защитой и обвинением показаний, а также учитывая показания свидетелей, совет принял решение о том, что существующих по делу вещественных доказательств, в частности наличия на документе о недвижимости, принадлежащей госпоже Людмиле Карлос, отпечатков пальцев господина Лотарио Бланко, а также факт обыска, подтвердившего непричастность подсудимого к отравлению потерпевшей, недостаточно для вынесения обвинительного приговора. Решение принято и одобрено всеми членами совета присяжных заседателей в добром здравии и ясном уме.
Женщина закончила читать и протянула лист мужчине, который передал его судье.
– Таким образом, решением от первого февраля две тысячи тринадцатого года, судом постановлено, что гражданин США Лотарио Симон Армандо Бланко, проживающий в городе Нью-Йорке, боро Куинс, признается невиновным и освобождается из-под стражи и домашнего ареста.
По залу суда раздался оглушительный удар молотка, ознаменовавшего победу Бланко и проигрыш Диего.
– Однако в виду клеветы по отношению к Лотарио Бланко со стороны обвинителя Диего Кристиана Карлоса, он приговаривается к пожизненному заключению! – внезапно с хищной улыбкой произнесла судья, и все как по команде обернулись к осужденному, ощутившему на себе сотни уничижающих взглядов. Все шло не по сценарию, такого поворота событий уж точно никто не ожидал.
– Схватите его! – крикнул кто-то из зала, и двое служителей порядка двинулись в его сторону. Смекая, что дело пахнет жареным, Диего попытался дать деру, но с ужасом обнаружил, что ноги намертво приклеены к полу. Дергаясь в истерике, он видел, как весь зал надвигается на него, отрезая пути для отступления и протягивая к нему руки.
– Я ни в чем не виноват, клянусь, – крикнул он, но тщетно. – Помогите, кто-нибудь!
Кто-то больно стиснул плечо, рванув назад. Падая, Диего видел, как его плотнее обступают со всех сторон, как чужой натиск не дает ему высвободиться, как на запястьях щелкают наручники…
Он раскрыл глаза. Всего лишь сон. Чертов сон, который снится уже вторую неделю и никак не отпустит. Так и свихнуться недолго. Дотянувшись до айфона, Диего проверил время. Без двенадцати семь. До будильника оставалось две минуты.
Всю дорогу до колледжа он отсыпался, а потому чуть было не пропустил свою остановку. Спохватился он в последний момент и вылетел буквально за секунду до того, как за ним с грохотом захлопнулись двери.
– Ты клюешь носом, – заметил Мэтт, подтолкнув его, задремавшего посреди пары. – Опять проблемы со сном?
– Да, вроде того, – зевнул Диего и попытался сконцентрироваться на словах профессора Стоуна. Получалось из рук вон плохо. – Не высыпаюсь.
– Хандришь перед грядущими экзаменами и практикой?
– Практикой? Какой еще практикой?
– Ну как, каждый выпускник получает месяц практических часов для того, чтобы довести свой проект до ума и, возможно, исправить его, получив актуальную информацию и опыт.
– А это обязательно? – новость Диего совершенно не порадовала. Не хватало ему еще целый месяц работать, когда и без того дел навалом.
– К сожалению, – развел руками Мэтт. – С другой стороны, факультету нужно лишь официальное подтверждение того, что тебя взяли. Что и как ты там собираешься делать – на твоей совести. Я вот поэтому уже назначил себя и Эмму в практиканты TechGames. Забавно, не правда ли? Именно такие вещи я зову бюрократическим фарсом.
Мэтт весело крякнул, а вот Диего даже не улыбнулся. Хорошо, что он узнал об этом сейчас, а не в самый последний момент, как обычно, но все равно осведомленность особого успокоения не приносила. На нем и так висят проект со статьей. Все так несвоевременно, так тяжело, так надоело.
После занятий настроение вовсе упало на самое дно. Мало ему было известий о практике, так еще и мисс Лотери была явно недовольна тем фактом, что он до сих пор ничего толком не сделал: