— Конечно, я так ему и сказал, — ухмыльнулся Джейс, после чего зависла неловкая пауза. — Почему ты не пошла на дегустацию?
— Устала. И хотела послушать музыку, — пресекла я все дальнейшие разговоры.
— Ну как знаешь, — Джейс отвернулся и уткнулся в телефон.
Не успела я достать наушники, как капли дождя начали бить по крыше автобуса. Через полминуты это уже был настоящий ливень. Через окно я увидела, как вся наша группа, прижавшись друг к другу, спряталась под навесом. И тут я впервые испытала теплые чувства к автобусу...
Стенли, наш водитель, что-то рассказывал мне, пока стелил тряпку на порожке, и я рассмеялась по инерции. Потихоньку люди на улице не выдержали: они стали бежать прямо под ливнем и занимать свои места. Мокрые и уставшие, мы поехали дальше.
За окном мелькнул указатель Pula.
***
Этот вечер напоминает мне игру в гляделки. Между стеллажами вижу глаза Джейса, которые держат меня на мушке, но соблюдают дистанцию.
Пока я катала шарики из мороженого, ко мне подошел Саймон и начал в своей обычной манере:
— Прошу прощения, мисс, не составите ли вы нам сегодня компанию в посещении Кроличьей Норы?
— Мне жаль, Саймон, но твой друг уже опередил тебя с этим вопросом.
— Надо же… — на мгновение расстроился Саймон, а затем хитро улыбнулся. — И каков был ответ?
— Что я составлю вам компанию в прогулке. А на Кроличью Нору планы не стройте, я не пойду.
— Ну, это всего лишь вопрос времени. Где встретимся?
— Я буду на ресепшн.
— Отлично, мы подойдем в 8.30.
В назначенное время я сижу на красном диване, а напротив занял место отец.
Стены стеклянные, через них все видно. Я наблюдаю, как мимо проходят люди. Никаких масок, они такие беззащитные, живые и теплые. Идут себе, а по лицам можно прочесть все их мысли, все эмоции. Открытые книги.
Вот идут парни. Саймон что-то высматривает, сложив руки в виде подзорной трубы, а Джейс думает о чем-то серьезном, я даже замечаю у него морщинку на лбу. Он поворачивает голову и видит меня. Его лицо мгновенно расслабляется, затем губы растягиваются в улыбке, а пальцы стучат по стеклу. Еще одна открытая книга…
Я встаю и слышу голос папы:
— Лиззи, ты только не задерживайся, пожалуйста. И возьми в этот раз телефон!
— Конечно, пап. Буду следить за временем, обещаю!
Поцеловав его в щеку, я пошла навстречу ребятам.
Мы выбрались на набережную, куда, казалось, стекались вечером все постояльцы отеля. Люди совершали променад перед сном — семьи важно катили детские коляски, парочки уже заняли все свободные беседки, старики размеренно вышагивали вдоль моря, а мы двинулись на звуки музыки.
След вывел нас на труппу музыкантов, которая расположилась посреди набережной и уже собрала толпу слушателей. Я всегда любила живую музыку и сразу начала пританцовывать в такт. Тогда Саймон протянул мне свою руку:
— Как насчет бачаты?
Господи, я не должна соглашаться, Дрейк бы просто меня за это убил… Но его здесь нет и никогда не будет. Да к черту все! Я иду танцевать.
Тело просто искрит от слияния с музыкой, Сай смешит меня фразочками из «Шаг вперед», а Джейс шазамит треки.
Вокруг подтянулись люди, и мы перестали быть одной такой странной парочкой на этой набережной. Я широко улыбаюсь и растворяюсь в ритмах. Внезапно Саймон вытаскивает меня из круга и буквально толкает в руки к Джейсу.
— Подменишь меня, брат? Я как-то быстро выдохся, нельзя же бросать девушку посреди танца, — говорит он совершенно бодрым голосом и подмигивает. — Схожу пока за коктейлями. Развлекайтесь!
Мы с Джейсом совершенно оторопевше смотрим друг другу в глаза. Нет, нет, нет… Легкий жар в теле превратился в пламя и вот-вот сожжет меня. Саймон, черт тебя дери, зачем?!
Пауза слегка затянулась, и я лихорадочно начинаю искать причину для побега, оборачиваясь по сторонам, но Джейс вдруг делает шаг. Вторгнувшись в мое личное пространство и, не отрывая своих карих глаз от моих, он медленно берет меня за руку.
Сверху обрушивается его тень, и я чувствую себя несоизмеримо маленькой рядом с ним. Джейс медленно раскручивает меня и голова просто теряет последнюю связь с Землей. Я откликаюсь на его движение и исключительно интуитивно подстраиваюсь под его ритм.
Стук сердца в голове вытесняет все другие звуки, мне остается уповать только на зрение, но все, что я вижу – это тысячи огней. Огни от фонарей, гирлянд, окон, наконечников сигарет, экранов телефонов… Я делаю все возможное, чтобы отвлечься и не смотреть ему в глаза, которые сейчас прожигают меня насквозь.