Я не выдерживаю и смеюсь над его словами.
— Может быть ты и фаталист, но я не верю в судьбу. Зато я верю, что грабли нам даны для каких-то уроков, и не собираюсь на свои наступать дважды.
— Господи, да ты можешь помолчать хотя бы минуту?... — Джейс схватил меня за плечи и прижался своим лбом к моему.
— Вези. Меня. На Санд-Стрит. — тихо шиплю я ему прямо в губы.
— Лиз, ты меня вынуждаешь… — шипит он в мои губы в ответ.
— Да. Вынуждаю тебя ехать по адресу, Джейс. Именно об этом мы договаривались!
Мир переворачивается с ног на голову, когда Джейс хватает меня и забрасывает к себе на плечо.
Глава 37
6,5 лет назад
Прошло шесть месяцев. Шесть невыносимо тяжелых месяцев, когда я просыпалась и каждый день начинала новую битву. С собой, своим сердцем и с настойчивыми попытками Дрейка вернуть меня.
К слову, в последнем он не преуспел, и я сама не знаю, как мне все еще удавалось держать его на крючке. Условием нашей паузы было то, что он больше не может меня шантажировать, но каждый раз, когда я двигала дедлайн, в его глазах загорался враждебный огонек, и я понимала, что он из последних сил сдерживает себя.
И если в этой битве я каким-то чудом продолжала побеждать, то с сердцем и самой собой все обстояло гораздо хуже. Мне приходилось с вечера придумывать себе причину, чтобы на утро встать с постели. Я собирала себя буквально по кусочкам и всем сердцем тосковала по той жизни, которой могла бы жить.
За свои последние 2 дня в Лондоне Джейс так ни разу и не написал мне. Не написал он и после. Я сломала себе голову, пытаясь понять, думает ли он обо мне столько же раз в день, сколько я о нем, или пошел дальше, перешагнув этот эпизод, как что-то незначительное.
В глубине души я надеялась, что он передумает и позвонит, но шли месяцы, а Джейсон так и не дал о себе знать.
Я начинала сходить с ума, когда в толпе видела его лицо, невольно ускорив шаг, и понимала, что обозналась. Он был буквально повсюду: в воздухе, в мыслях и во мне самой. Я так и не нашла в себе сил поделиться с кем-то нашей историей, будто произнеси я это вслух, пришлось бы признать, что все осталось в прошлом.
Тоска по нему поглощала меня, а в памяти слишком живо сохранились все его прикосновения, взгляды и поцелуи. Я, как настоящая мазохистка, воспроизводила их в голове, боясь забыть каждую мелочь.
Это была непреодолимая глубокая депрессия. Не лучшее время впадать в нее в выпускном классе, но мне не приходилось выбирать. Родители беспокойно связывали это с экзаменами, Ди молча сжимала за руку всякий раз, когда видела боль в моих глазах, а Мартин ничего не понимал, но винил во всем Дрейка.
Как бы там ни было, я правда училась жить заново, но пока не могла похвастаться успехами. До сих пор не понимаю, что было бы хуже — вовсе никогда его не встретить или встретить, но вот так потерять?
Больнее всего было перемещаться по Лондону и знать, что Джейс навсегда покинул город. Я не увижу его случайно посреди улицы и в следующем году он не пройдет мимо меня по территории кампуса. Мысль о том, что он всегда жил здесь, существовал где-то рядом, а теперь — его здесь нет, добивала меня. Я всей душой ненавидела Лондон за то, что не смог удержать его.
Все это казалось не вполне нормальным. Да что уж… Это определенно нормальным не было! Меня всерьез пугало мое состояние и то, что потеря почти незнакомого человека могла вот так уничтожать меня изо дня в день, а боль никак не хотела отступать.
С нездоровой регулярностью я порывалась отмотать все обратно, стать законченной эгоисткой и сбежать с ним, но затем вспоминала, что у меня нет машины времени. А потом, глядя на Мартина и Викторию, понимала, что во всем этом кошмарном сне был хоть какой-то смысл.
Что делать дальше я не знала. Можно было бы улететь в Нью-Йорк после школы и найти его там, но меня тормозил тот факт, что он сразу исчез из моей жизни и не сделал ни единой попытки связаться. Вывод напрашивался сам собой, поэтому я старалась не думать об этом, а точнее — с усердием игнорировала внутренний голос, чтобы не рассыпаться окончательно.
Шел дождь вперемешку со снегом, когда я подходила к школе. Уже издалека видно было тошнотворно розовую арку из воздушных шаров в виде сердца — сегодня 14 февраля. Дерьмовый праздник! Утром мне пришлось постараться вдвойне, чтобы вытолкнуть себя из постели.
Я проигнорировала эту чертову инсталляцию, быстро прошла мимо почтового ящика с валентинками и остановилась уже только возле своего шкафчика. Протянув руку за учебниками, я нащупала открытку.
Холодок пробежал по коже — надеюсь, Дрейк не решил воспользоваться этим пошлым поводом, чтобы снять наши отношения с паузы. Предполагая это, мой мозг уже нацелился на ближайшую урну.