— В каком смысле?
— Ты не там копаешь, Джейс. Думаешь, что на все должна быть какая-то причина, но иногда дело вообще не в этом. Бывает, что просто истек срок годности.
— Это ты о чем?
— Это я о том, что могло нас когда-то связывать.
Я измеряю комнату большими шагами.
— Хорошо, зайдем с другой стороны. Почему ты тогда исчезла?
— Вопрос опять поставлен неверно.
— Черт возьми, — взрываюсь я. — Ты сейчас играешь со мной?!
— Это тоже был вопрос? — Лиззи с издевкой выгибает бровь.
— Нет, — говорю я сквозь зубы. — Констатация факта.
Лиззи отворачивает голову в сторону и сердито сжимает губы.
— Вот тебе еще один факт: исчезла не только я. Ты не написал мне ни слова с тех пор, как мы попрощались тогда на вокзале.
Я рассек воздух руками:
— Да, я был чертовски зол и раздавлен: ты металась между двух огней, а я в свою очередь не хотел на тебя давить. Скажи, стало бы легче от моих уговоров?! Ты мне ясно дала понять, что в твоей жизни есть близкие люди, счастье которых стоит наравне с твоим собственным.
— Все так и есть.
— Тогда объясни мне, зачем нужен был этот режим инкогнито, и почему сегодня ты шарахаешься от меня, как от призрака? — устало спросил я ее.
Лиззи оказалась перед сложным выбором: очевидно же, что вопросы друг к другу есть у нас обоих. Было бы так просто поговорить обо всем и снять с себя груз воспоминаний, но похоже, что это оказалось для нее слишком.
Ведь даже сейчас, находясь рядом с ней, я испытываю сильнейшую фантомную боль в своем гребаном сердце. Неудивительно, что и ей разговор дается тяжело.
Встав с дивана, Лиззи тихо подошла к мне и слегка сжала мой локоть. Ее тонкие пальцы, как и всегда, пустили в меня легкий разряд.
— Я не шарахаюсь, Джейс, — она навела на меня внимательный взгляд. Знакомые голубые глаза загипнотизировали меня, и я начал погружаться в их глубину, как опытный дайвер. — Просто ты так внезапно свалился на мою голову. Я была обескуражена и не знала, что со всем этим делать. Да что уж там… До сих пор не знаю.
Я вижу ее лицо очень близко, почти в расфокусе. Хотя уже не уверен, что вижу — скорее ощущаю. Чувствую острый пьянящий аромат, которым она наполнила мою квартиру, позволяю ей наэлектризовать воздух и пропускаю его через себя. Я одновременно здесь и не здесь: в голове будто бы кто-то запустил киноленту. Нет ни сил, ни желания бороться с самим собой — я все еще хочу права на эту девчонку. Но не дам обвести себя вокруг пальца!
— Хорошая попытка, жаль, что мимо. Не пытайся сделать вид, что это всего лишь эффект неожиданности, Лиззи. Я ведь знаю…
— Да что ты вообще можешь обо мне знать?! — она вспыхнула и резко опустила руку, а туман в моей голове будто бы рассеялся.
— Я знаю, что ты не договариваешь, — сжав кулаки, я пригвоздил ее взглядом к стене напротив.
Лиззи запаниковала. Внешне все вроде бы оставалось без изменений, но я заметил, как нежная кожа на ее ключице пошла красными пятнами — верный признак того, что я попал в яблочко. Ну давай же!
— Неужели ты позволишь сейчас нам вот так разойтись и остаться без ответов? Снова! — я не выдержал и заключил ее лицо в свои ладони, а она в ответ едва шелохнулась. — Уговоры это совсем не мой стиль, но черт возьми, сейчас или никогда!
Она тяжело вздохнула и прохрипела:
— Да что тут непонятного?! Ты оставил меня одну, Джейс. Мне одной пришлось со всем разбираться!
— Дерьмо, да ты же сама не знала, чего хочешь! — я ударил кулаком по стене. — Не могла принять решение и пыталась усидеть на двух стульях, просила Ану молчать о том, что было между нами. Ты сделала выбор, не я!
Лиззи учащенно задышала. Я изо всех сил постарался взять себя в руки и остудить пыл. Не думал, что даже спустя годы это вызовет во мне столько эмоций и вскроет старые раны. Я так по ее вине слечу с катушек еще раньше, чем узнаю правду…
— Что значит «просила ее молчать»? — еле слышно прошептала Лиззи.
Я взъерошил себе волосы и несколько замялся, играя желваками.
— Говори, Джейс!
— Ана рассказала мне. — я выдержал паузу и добавил. — Как только мы вернулись, она написала мне и попросила о встрече.
— И ты согласился? — выдавила из себя Лиззи.
— Да, черт возьми! Потому что она сказала, что дело касается тебя.
— Умно.
— Это все неважно, она тут вообще не при чем! Ей было очень неловко, но и промолчать было бы нечестно. Так что она просто поступила по совести.
— Продолжай.
Я толком не успел понять, когда это мы поменялись местами, но допрос теперь вела Лиззи. Мне не хотелось, чтобы кто-то знал об этом разговоре, о нем и сейчас тяжело было вспоминать. Но теперь уже без вариантов, мать его!