Я взглянул на часы — 7:15. Звоню Ди, она тут же берет трубку:
— Я не успеваю, посадка закончится через 20 минут. Она наверняка уже прошла паспортный контроль и мне ее не достать. Ты можешь оформить на меня билет?
— Ты шутишь, Джейс? Сегодня Рождество, неужели ты думаешь, что в самолете еще остались свободные места?
— Черт! Должен же быть какой-то выход…
Я еще сильнее начал на газ и вывел байк на предельно допустимую скорость. Тишина в трубке стала сдавливать мне виски.
— Эй, а выход и правда есть! — внезапно закричала Ди мне в ухо. — Я же не сдала свой билет. У тебя паспорт с собой?
— Всегда.
— Отлично, срочно пришли мне фото, я все переоформлю.
— Ты просто ангел!
— Будешь должен мне за это и за все остальное.
— Готов пожизненно выплачивать этот долг и делать отчисления самому Господу Богу или кому ты там служишь.
— Ловлю на слове, можешь прямо сейчас отправлять пожертвования в приходскую церковь имени Уайтов, — рассмеялась она и положила трубку. Понять не могу, как быстро она из дьяволицы превратила в херувима?
Я с визгом заехал на парковку, оставил байк на ближайшем ко входу месте и бегом кинулся к стойке регистрации. Ди уже успела переоформить билет, осталось пройти зону контроля до окончания посадки.
Все шло вполне динамично, я получил свой билет, а багаж сдавать не пришлось. Но на паспортном контроле система сдала сбой. Женщина в полицейской форме окинула меня хмурым взглядом и уставилась в паспорт:
— Цель поездки?
— Еду домой на праздники.
— Мистер Брукс, ваш билет был переоформлен менее 20 минут назад. По какой причине?
— Мне сильно повезло, что подруга отказалась лететь, а других билетов уже не было.
— У вас могут быть проблемы по прилету, информация с опозданием занесена в базу и в системе Хитроу может не отобразиться.
— Плевать, разберусь на месте. Мне очень важно сесть сейчас в самолет, пожалуйста!
Женщина окинула меня таким взглядом, будто бы еще мгновение, и она вызовет санитаров. Я выдержал эту проверку на яйца, не отводя от нее глаз. Она медленно захлопнула паспорт, протянула его мне и четко произнесла:
— Дело ваше. Следующий!
Я, не веря гребанной удаче, схватил документы и помчался к гейту. Влетая буквально последним в зеленый коридор, я промчался мимо стюардесс в поисках Лиззи.
Кто-то спускал свои чемоданы, кто-то наоборот поднимал их. Люди тормозили движение и толпились, загораживая мне обзор. Мое кресло (а значит и кресло Лиззи тоже) было в середине салона, но пока я не мог ее разглядеть.
Протискиваясь между необъятных размеров мужчиной и чемоданом его жены, я наконец увидел ее. Лиззи сидела в наушниках, прикрыв глаза и облокотившись головой на окно. У меня внутри при виде ее все сжалось.
Я осторожно присел рядом и дотронулся до ее плеча. Глаза Лиззи распахнулись и с ужасом уставились на меня. Она поспешно сняла наушники, выпрямилась и едва слышно проговорила:
— Ты надо мной издеваешься?...
Я покачал головой. Лиззи прикрыла глаза и стала растирать виски.
— Быть такого не может, ты ненастоящий. Это какой-то бред…
— Ди так и не сдала свой билет, — коротко пояснил я.
Лиззи уставилась на сиденье перед собой.
— Понятно.
Мимо нас прошла стюардесса и приветливо попросила пристегнуться. Я защелкнул замок и снова повернулся к Лиззи.
— Мы опять сидим на соседних креслах. Это забавно, не находишь?
Я не знал, что следует говорить в такой ситуации, как наша, и это наблюдение показалось мне удачной попыткой вывести ее на диалог.
— В таком случае, нам потребуется примерно неделя, чтобы начать разговор. Давай не будем нарушать традиции! — язвительно прошептала Лиззи и отвернулась.
Я бросил взгляд на ее сумку и заметил знакомую темно-зеленую упаковку. Это заставило меня улыбнуться:
— Ты должна мне желание, — самодовольным голосом произнес я.
— С чего ты это взял? — бросила в ответ Лиззи.
Я взглядом указал ей на пачку мятного шоколада, который она неосторожно припрятала.
— Вот же черт…
Я радостно расхохотался и наклонился к ней.
— Один поцелуй.
— Ты совсем из ума выжил?! — зашипела Лиззи. — Проваливай, пока самолет еще не взлетел.
— Поздно, мы уже едем ко взлетной полосе, — указал я ей на окно. — И да, я никуда не уйду.
— Делай, что хочешь.
— Это опрометчивое заявление. Ты знаешь, чего я хочу, — подмигнул я ей и заставил покраснеть.