Мои плечи трясутся, когда в голове рождается один-единственный вопрос: как я докатилась до этого?
Я и раньше всерьёз задавалась вопросом, что такого плохого успела натворить в жизни, чтобы она так рано начала наказывать меня.
Блэйк остался в этот раз куда более "спокойным", чем я ожидала. Хотя, по большому счёту это ничего не меняет: моё будущее уже решено!
При мысли об этом из глаз капают первые слёзы. Они безостановочно бегут по щекам, и я впиваюсь ногтями в своё правое предплечье, на котором набита маленькая татуировка — красная электрогитара, оплетённая розами и её тонкими вьющимися ветвями — точная копия инструмента Марка с теми же символами Пепла.
Я сделала эту тату тайком от мамы и брата, когда мне было шестнадцать.
Мой личный кусочек свободы, отпечатанный на коже!
— Вал, — неожиданно пугает меня Блэйк, бесшумно подошедший ко мне вплотную, и опускает тяжёлые ладони на мои оба плеча. — Тшш, это я! Или ты ожидала кого-то другого?
Я испуганно вздрогнула, как от удара.
Блэйк мягко тянет меня к себе, и я, не сопротивляясь, позволяю ему обнять себя.
— Малыш, я погорячился, прости! Ты просто вывела меня из себя, ведь я так старался и до сих пор стараюсь для нас! Ты знаешь, как я хочу, чтобы ты жила, но в чём не нуждаясь. Я хочу, чтобы нам с тобой было ещё лучше. И я знаю, что в глубине души ты тоже хочешь этого переезда, — шепчет он в левое ухо и нежно целует в шею.
— Нет. Нет, я не хочу! — кричит мой внутренний голос, но вслух я молчу.
— Тебе просто нужно время, чтобы привыкнуть. Я… я не хотел быть резким, — снова извиняется он, словно разговаривая с самим собой.
— Я хочу лечь спать. Мне как-то нехорошо, наверное, всё-таки простуда, — хриплю я, еле сдерживая начинающуюся истерику.
Он с явной неохотой отступает:
— Хорошо. Иди ложись. Я скоро приду, пойду ещё немного поработаю. Бумажная волокита накопилась за дни моего отсутствия, — смачно целует он меня в висок.
Я не отвечаю на его поцелуй поцелуем в губы, как он привык. Просто стою и смотрю в его блестящие любовью глаза.
— Поцелуй меня, — то ли приказывает, то ли умоляет он и мягко приподнимает мой подбородок двумя пальцами — Валери!!!
Я смотрю на его тонкие губы, и впервые за всё время с ним не хочу больше их целовать.
Блэйк стал мне противен?
Он сильнее сжимает мой подбородок.
Я зарываюсь пальцами в его светло-русые кудри, прикрываю глаза и примыкаю к его рту.
Блэйк будто только этого и ждал — целует меня так, что уже спустя секунды кружится голова…
— Ты моя, — выдыхает он мне в прямо рот и прикусывает мою нижнюю губу — Не смей мне ни в чём отказывать! — приподнимает меня за ягодицы, сажает на столешницу и расстёгивает ширинку.
Я прикрываю глаза, забываю о том, кто и где я.
Оргазм накрывает меня такой мощной волной, что я кричу на всю квартиру.
Блэйк будто почувствовал второе дыхание. Не останавливаясь, он трахает меня методично, жёстко и глубоко…
Я вновь ненавижу себя за слабость тела!
Почему Блэйк имеет такую власть надо мной? Как ему удаётся взять всю меня так — без остатка? Неужели это никогда не прекратился?
После его оргазма я жмусь к его крепкой груди и прошу отнести меня в спальню.
Когда он опускает меня на кровать, я отчаянно цепляюсь за его шею:
— Пожалуйста, останься, я не хочу засыпать одна!
Он улыбается, невесомо целует мои губы и… остаётся.
Блэйк крепко обнимает меня всю ночь, я сплю как убитая.
7. Валери
На следующее утро я просыпаюсь от того, возле меня очень тихо.
Его половина кровати аккуратно заправлена.
Блэйк ушёл на работу!
Я встаю, прохожу на кухню, достаю из холодильника бутылку с минеральной водой и наливаю себе стакан воды. Выпиваю залпом. Потом плетусь в ванную. Включаю душ. Снова ледяной.
Моя очередная попытка вымыть из себя всё — страх, напряжение, панику и даже какой-то внутренний холод — проваливается.
Я выхожу из ванной, прохожу в спальню, одеваюсь в спортивную одежду и только потом открываю жалюзи.
Свет режет глаза.
Взгляд падает на наушники на тумбочке.
Я подключаю их к телефону, когда спускаюсь не в лифте, а пешком вниз по лестнице... Уже на улице нахожу в телефоне папку с “Любимое” и нажимаю на кнопку “Играть все”.
Гитара Марка хрипло взрывает пугающую тишину в голове, и я бегу по тротуару, каждый раз замирая на куплете “Живи громко”.
Когда звучит его неповторимый голос — безумно низкий и чуть хрипловатый бас — перед моим внутренним взором возникает его лицо.
Я вспоминаю своё вчера. Одновременно злюсь и не жалею, что его пережила.
Его взгляд... Взгляд Марка! Как он смотрел на меня? Как-то… слишком... по-настоящему???