Он не уходит.
Его беспокойство ощущается физически, даже когда он молчит.
Время с ним пролетает быстро. Мы почти не разговариваем, но его молчаливая компания как защита. Вместе мы расставляем книги, убираем со столов, помогаем одному студенту найти нужное издание…
Я достаю из кухни бутылку ванильной колы и немного печенья — чтобы скрасить упадок настроения, который начинает подкрадываться к концу смены.
Марк отказывается, ссылаясь на то, что сыт
Ближе к полуночи мы с ним обходим читальный зал, проверяя, не остался ли кто-то ещё.
Мы никого не находим.
Я запираю парадную дверь и направляюсь к чёрному выходу, который можно открыть только изнутри.
— Осталось только отключить главный рубильник, — говорю, подавляя зевок. — Обычно всё просто — два переключателя, но с электрощитом у нас в последнее время что-то не так. Поэтому Элен осторожничает и выключает всё электричество на ночь.
Марк кивает. Он тоже зевает и потягивается.
Его руки поднимаются вверх, футболка слегка задирается…
Мой взгляд цепляется за его живот — подтянутый, с чётким рельефом мышц…
— Как ты это выдерживаешь? — спрашивает Марк, потирая лоб. — Я чувствую себя более вымотанным, чем после концерта. Эта вечная тишина и этот спертый воздух… сводят с ума!
— Привыкаешь со временем, — отвечаю и открываю дверь в электрощитовую комнату.
Марк входит вслед за мной.
Срабатывает механизм и дверь с глухим щелчком захлопывается.
— Спасибо, что остался со мной, — шепчу, бросая на него благодарный взгляд.
Он небрежно прислоняется к стене и улыбается:
— Я бы сделал это снова. В любой момент. Всё-таки тут… — замолкает он, подбирая слова, — …довольно небезопасно. Ты одна, Лив. Тут может произойти всё что угодно!
— Разумеется, — усмехаюсь и поворачиваюсь к щитку. — Сейчас погаснет свет. У тебя есть телефон под рукой? Мой остался у компьютера…
— Секунду, — достаёт он свой смартфон и включает фонарик.
Я нажимаю на рубильник. В эту же секунду помещение — маленькое, душное, без окон — погружается в полную темноту.
— Всё. Готово, — бодро произношу и тянусь к дверной ручке, но последняя вдруг поддаётся и… остаётся у меня в руке.
— О нет! Только не это… — в ужасе застываю, уставившись на сломанную деталь, затем перевожу взгляд на Марка.
Он сжимает губы.
— Дай сюда, — берёт он у меня ручку и пробует вставить её обратно. Возится пару секунд — безуспешно.
— Не выходит, — бурчит он и со злости бросает кноб на пол. — Так, — вздыхает он и включает телефон — Скажи, какой номер у твоей начальницы, мы ей позвоним, и она нас отсюда вызволит?
— Извини, но у меня нет её номера?
— Хорошо, а ты знаешь её адрес?
Я качаю головой и стыдливо опускаю голову:
— Прости, но только мне могло так не повезти!
— Тогда мы позвоним твоему парню?
— Э… — холодею от ужаса — Нет-нет, он сейчас очень занят, и если увидит меня здесь…
—... со мной, — дополняет Марк и усмехается — Я бы тоже приревновал, но мы сами отсюда не выберемся. Давай, позвони ему сама! — передаёт он мне телефон.
Я одновременно холодею и краснею в лице:
— Марк, я честно не помню его мобильного! Клянусь! С цифрами у меня всё очень плохо…
Он вздыхает и… улыбается:
— Честно говоря, у меня тоже. Никогда не запоминал ничьих номеров, кроме своего. А ваш домашний-то ты хоть помнишь?
Я почти истерически смеюсь:
— У нас нет домашнего!
— Тогда… — на миг задумывается он — Звоним в пожарную?
— Нет, это будет очень дорого, — прикидываю в уме и морщусь — Они взломают наружные двери, потом эту… О работе здесь я могу забыть…
— Лив, это же просто волонтёрство!
Я знаю, тем не менее, очень дорожу своей работой. Она даёт мне чувство нужности и смысла существования.
— Чёрт, вай-фай здесь не ловит! — вздыхает Марк, делает пару шагов по комнате, потом опускается на тонкий ковролин, прислоняет спину к стене, вытягивает длинные ноги, кладёт светящийся телефон себе на правое бедро и хлопает ладонью по полу рядом — Иди сюда. Садись. Нам нужно подумать или подождать до самого утра, когда придёт твоя начальница.
Я нехотя подхожу к нему и медленно опускаюсь на пол.
Между нами приличная дистанция.
Я не боюсь Марка. Но хочу избежать любого, даже случайного прикосновения.
— С тобой всё в порядке? — поворачивается он ко мне.
Я слабо киваю и судорожно сглатываю, чувствуя себя беспомощной, маленькой… неудачницей:
— Просто я боюсь замкнутого пространства.
— Ну, ты не одна, — вмиг сокращает он между нами расстояние — Лив, не бойся: я с тобой!
Мне не становится легче.