Старший подошел. Как в прежнее время козырнул. Смотрит колюче. Однако, представился.
— Начальник отделения милиции. Назовите цель посещения города.
— Болезнь. Узнала, что тут есть больница.
— Как долго собираетесь задерживаться.
— До выздоровления. Дней десять.
— У вас есть оружие?
Вопрос-то на деле в лучших традициях анекдотов про ментов из разряда 'водитель трамвая, сверните к обочине и остановитесь' . О чем спрашивать, когда на плече автомат, на боку кобура, за голенищем револьвер, за другим нож, из за спины рукоять меча выглядывает? А у стены за спиной стоит АГЭс, два рюкзака и бронежилеты валяются. Будь глаз понаметаннее ещё бы кое-что рассмотрел. Рукоять меча замотана шелковой тканью, и особым образом лежат полотна. Старинный обычай, укрывать рукоять, если уходишь на долго, и оставляешь меч. Или если уходишь совсем — то узлы распустит только наследник. В рукояти таится угроза, и не дело когда нет войны пугать всех подряд. Из прославленных древних мечей рукоять 'Глаза Змеи' ещё не самая зловещая. Каждый Великий Дом по-своему бинтовал мечи. Это было почти как фамильный герб. А рукояти зачастую и были гербами. Мечи по-прежнему носят очень многие, а этот обычай стал забываться. Но по тому, как замотана рукоять даже сейчас знающий человек поймет звание стоящего перед ним. М. С. перебинтовала рукоять не как принято у Еггтов, а как принято у высших офицеров. Знаток бы понял, что перед ним генерал. Но со знатоками напряженка даже в столице. Последним, кто узнал Еггтовскою перевязь оказался… мирренский военный атташе.
— Исключительно для самообороны. Время сейчас нервное.
— Обязуетесь не применять его на территории округа?
— Если меня не вынудят к этому, то обязуюсь.
Без малейшего дружелюбия изучают друг друга. М. С. и так выглядит вызывающе, да ещё черные очки демонстративно не снимает. Случись свара, этих-то она уложит без проблем, да и из города сможет выбраться. Только за какое место вытаскивать еле передвигающуюся Марину? Лишь бы ума хватило дождаться конца разговора. Каким бы он не был.
— Мама, что тут у тебя.
Марина как всегда не вовремя. Ни М. С., ни милиционеры, ещё толком не решили, будет ли драка или нет. Не оборачиваясь, М. С. бросила.
— Иди внутрь.
Старший махнул рукой. Секундное напряжение.
— Ребята, вы свободны, не забудьте проверить рынок.
Те, с винтовками, повернулись и ушли. М. С. взаимосвязи не уловила. Старший, прихрамывая, подходит поближе.
— Закуришь, или побрезгуешь?
М. С. затянулась. 'Великий канал' . Сколько лет, сколько зим!
— Ногу что ли сломала?
— Не, вывихнула.
— Не жалко её? Вон какая худющая, еле на ногах стоит.
М. С. промолчала. Они и в самом деле идут так быстро, как только могут. М. С. рвется в столицу. Скорее! А если и отмечает осунувшееся лицо Марины, то только самым краем сознания. Для неё уже давно неважно то, что другим сразу бросается в глаза.
— Остановиться есть где?
Хотелось сказать 'Да' , но глянула ещё раз на человека и сказала правду.
— Нет.
— Можно у меня. Тут недалеко.
— Пошли, раз близко.
И только сейчас обратила внимание: меч у него хотя и полицейский, но не стандартный, а наградной, а это лишь чуть пониже Золотой Звезды будет.
— Глава округа меня знает, вместе воевали.
— И что?
— Тебе точно так уж в столицу надо? А то оставайся. Свой участок хоть сейчас могу отдать, порядки ты знаешь. А то по совести, тебе бы на месте нынешнего начальника отдела было бы самое место.
Марина в первый же день перезнакомилась со своими сверстниками. М. С. как-то раз услышала: Эй, ты принцессу не видел — Она там-то.
Ну, до чего детки наблюдательные пошли!
Впрочем, местные мальчишки разинув рот смотрели не на Марину, а как раз на М. С. Самым старшим буквально года не хватило, что бы угодить в жуткую мясорубку последней войны. А вот перед ними пришелец прямо из красивых сказочек министерства пропаганды. Ребятки, знали бы вы насколько эти сказочки далеки от реальности!
Правда, если глянуть с другой стороны, иные сказочки с М. С. — то и списаны.
С кисловатой ухмылочкой обнаружила на книжной полке собственное произведение. Притом, одно из первых изданий. Вошел хозяин.
— Читали?
— Да как-то недосуг было.
— Прочтите. Не пожалеете. Давно написано, и не было тогда ещё никаких Чёрных. А книга словно про них. Такое прочтешь — и если честный — не захочешь, а почернеешь.
— Чёрный уголь дает красное пламя. Только… Знаешь ли ты, то какой черноты обугливает это пламя сердца?
— Не читали, а говорите словно бешеная девчонка из книги… Вы были бы похожи на неё.
— Я похожа только на себя. А если бумагомаратель угадал — ему больше чести. Ему слава нужна. Не мне. Я-то всегда останусь собой.
— Девочка ваша говорит как-то не по-нашему.
— Ну дык, в столице же учится, ну вот и набралась там словечек всяких разных.
— Ребятня уже заметила, что она словно городская- то принцессой, то миледи зовут.
— Так городской и будет, ей всяко в столице жить.
— Думаете осталась она, столица-то?
— Мы остались, а там люди были не хуже нас. Чтобы Бестия, да не отбилась- в жизни не поверю!
— Говорите, будто знаете её…
М. С. хитро прищурилась.
— Может, и знаю!
Потом эти дни казались им самыми спокойными за многие годы.
М-да, половина если не больше местной ребятни собрались провожать принцессу. Что самое интересное, настоящую.
Выход принцессы прошел блестяще надо признать, захочет когда-нибудь сформировать двор- проблем не будет. Но все-таки, принцесса не императрица. Пока.
М. С. неторопливо спускается. Шум медленно стихает. Теперь все смотрят на неё, и только на неё. У ребятни поменьше даже челюсти отвисли. Дети и внуки солдат трех великих войн прекрасно разбираются в наградах. М. С. прекрасно помнит, что некоторые вещи, наличию которых она уже давным-давно не придает ни малейшего значения, на людей вполне ещё могут произвести впечатление близкое к неизгладимому. А три Золотых Звезды — неизгладимость в кубе. Плюс меч наградной, по народному статуту орденов Звездам к четырьмя за раз приравненный. То есть всего семь, да прочее по мелочи.
В обморок вроде, никто не упал. Но тишина — звенящая.
— Не буду представляться, и так все знаете, кто Я.
Мы, Чёрные, не сдаемся никогда. И мы обязательно вернёмся. Через год, через годы- когда не знаю, но знаю- этот день придёт.
— Слышишь?
— Да. Ребёнок плачет.
— В лесу заблудился что ли?
— Я откуда знаю! Судя по карте, тут не слишком далеко деревня и хутор прямо в лесу. За грибочками прогуляться решил! И заблудился! Пошли скорее!
— Но скоро вечер… Ночью в лесу так страшно. Найти его надо и домой отвести.
М. С. развернулась и смерила дочь взглядом, от которого иным министрам плохо становилось.
Реакция — нулевая. Марина просто жутко упряма, и если себя правой считает, то ничем не прошибёшь. Решила ребёнка найти — и будет искать.
Спрятавшуюся под корнями вывернутого дерева девочку лет четырёх нашла Марина. Ей казалось, что Мама вовсе и не ищет никого, а просто идёт по лесу с автоматом в руках. Да по сторонам посматривает. Она и прошла мимо дерева, и даже под корни не заглянула.
Девочка вся перепачкана, но одета неплохо. Нашлась и корзинка.
— Мама… там мама…
Саркастическая ухмылка М. С… Марина успокаивает ребёнка. Не слишком успешно. М. С. уселась на корни и закуривает. Сигарета кончилась, а писк не прекратился.
Наконец, М. С. соизволила обратить внимание на ребёнка, решив что Марина будет возится с ней ещё долго и с гарантированно нулевым результатом.