Мойша просит объяснений. Официант, подняв голову, декларирует:
— Сэр, политика нашего ресторана требует от нас делать все возможное, чтобы клиенты, подобные вам, не размножались!
Ниведано…
Ниведано…
Погрузись в тишину. Закрой глаза.
Почувствуй, как замерло твое тело.
А теперь обрати свой взгляд внутрь себя
безоглядно, немедля,
будто это самое последнее мгновение
в твоей жизни.
Лишь действуя безоглядно,
как в самое последнее мгновение жизни,
ты можешь проникнуть взглядом
в истоки своего бытия,
своего бессмертия,
к себе — будде.
Глубже и глубже,
ибо тебе не грозит стать неудачником,
ты вновь обретешь свое потерянное царство.
Ты все это время жил снаружи — во сне.
Внутри же, в центре твоей сущности
скрывался наблюдатель —
незримый, неузнанный, невозмутимый,
зеркало твоей сущности,
которое просто отражает.
Это зеркало можно назвать просто буддой,
и в каждом из вас он есть.
В нем нет ничего личного.
Это — универсально.
Чтобы было понятнее, Ниведано…
Расслабься.
Пусть там останутся твое тело и твой ум,
но помни, ты — лишь наблюдатель.
Ты ни то и ни другое.
Ты — лишь зеркало,
отражающее зеркало, не делающее суждений.
Ты — чистое отражение луны в озере.
Это и есть твоя истинная сущность,
действительность, где ты поистине находишься.
Это невозможно передать словами —
можно лишь пережить.
Это твое небо — не знающее границ небо.
В этот прекрасный вечер десять тысяч будд исчезли
в океане осознания,
став чистым сознанием.
И Аудитория Будды превратилась в озеро
отражающего сознания.
Возрадуйся же этому!
Пусть оно проникнет в каждую клетку твоего существа.
Чтобы постепенно каждое действие наполнилось твоей истинной сущностью, чтобы ты оставался буддой все двадцать четыре часа в сутки.
День, когда тебе не нужно будет медитировать,
станет величайшим днем твоей жизни.
Ведь будда не медитирует.
Будда есть медитация.
Собери весь свой опыт, помни путь —
не-ум — это путь…
и помни о благости, об экстазе,
льющихся на тебя потоком
в эту минуту.
Все эти цветы, все эти розы… возвращайся с их ароматом.
Ниведано…
Возвращайся, но возвращайся как Будда:
с изяществом, с безмолвием, со спокойствием.
Садись как будда.
Это мгновение сделало это место святым.
Этот вечер — бессмертен,
этот миг — твоя вечность.
Сатьям, Шивам, Сундарам.
Истина, добро и красота —
твое истинное лицо.
— Верно, Маниша?
— Да, любимый Мастер.
— Можем ли мы отпраздновать праздник десяти тысяч будд?
— Да, любимый Мастер.
Охотник
Наш любимый Мастер…
Ма-цзы славился своей находчивостью в работе с учениками. Это прекрасно демонстрирует его разговор с Ши-гуном, охотником, которому был противен сам вид буддийских монахов. Однажды, гонясь за оленем, он проходил мимо монастыря, где обитал Ма-цзы. Ма-цзы вышел ему навстречу. Ши-гун спросил, не видел ли тот оленя.
— Кто ты? — спросил его Ма-цзы.
— Охотник, — был ответ.
— Умеешь ли ты стрелять? — спросил Ма-цзы.
— Конечно, умею, — ответил охотник.
— Сколько дичи ты можешь убить одной стрелой? — спросил Ма-цзы.
— Одной стрелой можно убить только одного оленя, — ответил охотник.