Затем он начал рассуждать о своих шансах поступления в разные университеты и академии, а я с внутренним недовольством делала вид, что внимательно его слушала. А на самом деле я думала о том, что, возможно, моим потугам в магии и артифакторики, которые отобразит камень, могло найтись место. Но это меня огорчало, ведь по итогу я окажусь в Саархе. Дядя постарается, да и я уже вовсю готовилась. Выбора не было. Но стоило бы запомнить заведения, которые решат, что я бы им подошла. Возможно, потом к ним и переведусь, если так вообще можно.
Поблагодарив за информацию и пожелав удачи, мы с Дианом разошлись. Он побежал дальше, а я вернулась к прогулке. Однако мысли мои захватил хаос. Я думала о том, что мене еще предстоит сделать, что подготовить, что прочитать и даже перечитать. И о Яне, о родителях…
Не ожидала, что, едва переступив порог школы, у меня будет столько забот.
***
Иногда отец находил на меня время, и мы тренировались. Самостоятельные занятия принесли большую пользу, благодаря чему я уже могла худо-бедно атаковать отца. Он учил меня «прыгать в тени» и видеть сквозь.
На дворе было начало июля, но жара стола страшная. После очередной тренировки я обливалась потом и уже шла к ближайшему окну на первом этаже, чтобы побыстрее оказаться под душем, но отец меня остановил и попросил зайти к нему для разговора.
После завершения всех процедур, я плюхнулась в кресло напротив отцовского стола.
Отец же встал, обошел стол, повернул кресло вместе со мной к столику с шахматами и уселся по ту сторону. Я вымученно застонала.
- Я так устала, у меня мозги не работают.
На что отец не стал ничего отвечать, только расставил фигуры на места.
- Ну, - сказал он, намекая, что пора белым начинать.
Я вздохнула и схватилась за пешку.
- О чем ты хотел поговорить?
Отец, не отвлекаясь от доски, ответил:
- О многом. И давно нужно было.
Я сделала свой ход и взглянула на отца. Что-то было в его словах такое, что я поняла – это будет важный разговор.
- Я говорил со своим начальством, пытался как-то изменить ситуацию, но Батис всё распланировал. Пока мы с твоей мамой работали, а ты училась, Батис шел к своей новой цели. – Отец сделал ход и посмотрел на меня. - О том, что этот народ… Этот мир, Сааргхан, не любит чужаков и очень к ним жесток, он и слышать ничего не хочет. И меня бы это устроило, если бы он не решил впутать в это моего единственного ребенка.
Он нахмурился. Я не перебивала.
- Мая дома все время переживает. Самостоятельно перестала засыпать. И я сам разделяю её опасения.
Отец шумно вздохнул, достал сигарету, закурил.
- Пока наши с твоей мамой знакомые сильные мира сего что-то пытаются для нас сделать, я думаю об альтернативах. Не исключаю, что ты можешь пропустить год. Но не думаю, что это будет эффективно. Возможно, пришло время отказаться от родовой принадлежности.
Он прервался для того, чтобы затянуться. Выпуская дым, он переставил черную фигуру. Я воспользовалась паузой.
- Я… - нерешительно начала я, не зная, как помягче сказать. – Мне кажется… Нет. – Я перевела дух и решительно подняла глаза на отца. – Я понимаю, как это может прозвучать, поэтому, пожалуйста, выслушай меня.
Отец кивнул.
- Я не могу оставить Яна. Он мой брат. Если мы отойдем от рода, то мы вряд ли больше увидимся. Его женят скоро. Он переедет в Саарх. И это всё против его воли. Я не могу его оставить! Просто не могу. Пойми, я дала слово на крови…
Отец нахмурился. И пока он не сказал, что подумал, я затараторила:
- Не только ему, но и его матери. Я поклялась позаботиться за ним вместо неё, Лилианны. Поэтому нужно не отказываться от рода, а избавиться от того, кто ему угрожает. Я не знаю, дуэль или еще что. Я копалась в древних законах, и тех, что действуют сейчас на все вампирские роды… Это возможно. Или лишить его родительских прав.
В кабинете воцарилось молчание.
- Когда? – твердо спросил отец.
Ох, как же он зол…
- Незадолго до её скоропостижной кончины был какой-то бал, она там вроде только мелькнула, а потом исчезла. Я же с Яном бегали по поместью, играли. Во время пряток я зашла и спряталась в каком-то шкафу. Спустя время дверцы открыла Лилианна. Она долго на меня смотрела, а потом взяла на руки. Посадила на кровать, стала со мной говорить. Уколола мне палец и взяла клятву.